28 июн. 2014 г.

Finisterre "Finisterre" (1994)

Генуэзский климат благоприятствует развитию необычных музыкальных форм. Вот, скажем, Finisterre. В 1992-ом вряд ли кто-то мог предсказать новорожденному проекту блестящее будущее. Однако этот исполнительский конгломерат со временем превратился в настоящую кузницу кадров для современной итальянской прог-сцены. И благодарить за подобное стоит Фабио Дзуффанти - композитора, басиста, певца да и просто хорошего человека. Изначально Finisterre являли собой дуэт: Дзуффанти + Стефано Марелли (гитары, вокал). Постепенно к авторскому тандему добавлялись свежие лица. В группу пожаловали флейтист/гитарист Серджио Грация, клавишник Борис Валле и ударник Марко Кавани. Репетиционные сессии оборачивались вдохновенным обменом идеями, соответственно, росли и творческие перспективы коллектива. В конечном счете Finisterre подготовили восемь полноформатных пьес, с которыми не грех было показаться на публике. Но сперва участники квинтета планировали выпустить профессионально записанный диск. Чем и занялись в сентябре-октябре 1994 года...         
Читая идущие подряд благодарности Гершвину, Моцарту и Хендриксу на последней странице буклета, подспудно ждешь от альбома определенной эклектики. Так оно и оказывается. Мелодическая амальгама пластинки включает многое. Вот, допустим, 3-минутный стартовый этюд "Aqua". Минималистский chamber-эмбиент, покоящийся на репетитивной клавишной фразе, по ходу действия отражающейся эхом в журчании электроники, далеком гуле духовых и плавных струнных натяжениях гитары. После погружения в глубины водной субстанции наступает черед трека с говорящим названием "Asia". Экзотические флейтовые вкрапления, быстрые пассажи играющего на полимуге маэстро Валле, резкая гитарная манера красавца Стефано, раскатистый бас Дзуффанти и аскетичная дробь ударных синьора Кавани. Легкий налет "пинкфлойдизмов" в средней секции произведения - лишний бал в копилку Finisterre. Хотя рассуждать о какой-либо командной индивидуальности явно рано: характерные черты апеннинских добрых молодцев еще не проклюнулись в должной мере. Вязкая психоделия развернутой вещи "Macinaaqua, Macinaluna" перемежается классическими пиано-цитатами из наследия дражайшего Вольфганга Амадея, затем упирается в квазиоперную эстрадную драму, без лишних расшаркиваний срывается на броские хард-риффы в духе "шестипалого Джими" и завершается пафосным симфо-роком. Лаконичная авант-фьюжн-забава "...Dal Caos", помимо занимательной фабулы, примечательна саксофонным дудением Эдмондо Романо из легендарной бригады Eris Pluvia. Эпический номер "∑YN" демонстрирует зачатки специфической арт-схемы, что заявит о себе в полный голос на релизах дочернего предприятия Finisterre, ныне известного как Höstsonaten. Тональные пробросы из области пасторальной меланхолии в сферу прогрессивного драйва с последующим вылетом на просторы симфонического астрала воплощены эмоционально, с необходимой степенью лихости и даже признаками мастерства; именно эта конструкция более прочих свидетельствует в пользу артистической самобытности ребят. Египетские хоральные мистерии сюиты "Isis" мешаются с оттенками джаза и эпизодами типично итальянского вокально ориентированного фолк-арта. Напевность, щедрое флейтовое убранство, яростные эскапады электрогитары и тонкое клавишное кружево дают о себе знать в контексте опуса "Cantoantico" (еще одна "фирменная" штучка). Эпилогом служит инструментальный ретро-боевик "Phaedra", изрешеченный органно-струнной картечью и снабженный выразительным лирическим отступлением в виде изумительного фортепианно-духового дуэта.
Резюмирую: весьма уверенный и приличный в художественном отношении дебют, возвестивший о пришествии локальных законодателей жанра. Советую приобщиться.

25 июн. 2014 г.

Harmonium "L' Heptade" (1977; 2 CD)

Двойник "L' Heptade" - предпоследний и не самый решительный бой, данный канадским подразделением под командованием Сержа Фьори (гитары, вокал). Если в предыдущей программе "Si on Avait Besoin D'une Cinquième Saison" (1975) обожаемый мэтром пунктик "меланхолического рандеву" обозначался эпизодически, то на альбоме 1977-го года он фактически повсеместно вошел в права. Объемная музыкальная часть сочинялась в несколько этапов. Основополагающий лирико-мелодический массив Фьори сконструировал при активной творческой поддержке Мишеля Нормандо (аккордеон, акустическая гитара, вокал) и Сержа Лока (орган, меллотрон, фортепиано, электропиано, синтезатор). Оркестровыми этюдами, коих тут оказалось достаточно, занимался ветеран сцены Нейль Шотем (1920-2008) - композитор, дирижер, пианист, аранжировщик, педагог. Сотрудничество с грандом принесло свои плоды. Причем взаимовыгодные. Так, в 1979-ом Шотем при аккомпанирующем посредничестве полного состава Harmonium записал пластинку "Live au El Casino", содержащую в частности превосходный иронический дуэт для фоно и ударных (драммер - Дени Фармер). Впрочем, я отвлекся.
Итак, "L' Heptade". Концептуально-эпическое действо ностальгического свойства, как и положено солидной арт-панораме, открывается сегментом "Prologue". Аккуратные симфо-мазки, тонкая акварель струнных, масляная вязь духовых... Неужели это старые квебекские знакомые? А где же фолк вперемешку с роком? Терпение, друзья мои. Ведь на подходе развернутый номер "Comme un fou". И с ним - трогательные вокальные откровения Сержа, ненавязчивые гитарные переборы, хоральный бэкграунд + ритмичные колебания между прог- и chamber-плоскостями. Короткая шотемовская "Sommeil Sans Rêves" - печальный пассаж в оркестровых тонах, за которым начинается выразительный сеанс фьюжн-шансона (иначе не скажешь) по фирменному рецепту затейника Фьори (собственно, "Chanson Noire"). 11-минутная фреска "Le Premier Ciel" позволяет мастермайнду предаться мечтательной грусти под электроакустические аккорды, скрипично-клавишные партии и нарядные полифонические вставки. Завершается первая сторона диптиха масштабной симфонической фолк-психоделией "L' Exil", рожденной воображением уникального авторского тандема.
CD # 2 стартует с атмосферных переливов электропиано и чарующего тембра клавишницы Моник Фато ("Le Corridor"). Маневр, конечно, неожиданный, но приятный. Расчет Сержа определенно удался, тем более что оставшаяся половина опуса по-хорошему эмбиентальна, да к тому же содержит размашистую филармоническую концовку. Камерные изыски монументального произведения "Lumières de Vie" соседствуют с сингер-сонграйтерскими "фишками", и никакой надуманности в подобном решении нет: со вкусом и тактом у лидера Harmonium все очень даже в порядке. Художественная ткань "Comme un Sage" прельщает теплом, сердечностью и - чего уж греха таить - миловидным эстрадным прононсом. Зато венчает мозаику сугубо академический, умеренно-пафосный "Épilogue".
Резюмирую: живописное олицетворение природного франкофонского шарма, окрашенное искренним поэтическим чувством. Достойный финал студийной деятельности великолепных канадцев. Рекомендую.

22 июн. 2014 г.

Wigwam "Fairyport" (1971)

В дискографии Wigwam пластинка "Fairyport" стоит на особом счету: наивысшее творческое достижение, пик коллективных возможностей. Для скандинавского прогрессива в целом этот альбом сделался немеркнущей путеводной звездой. Такой же, как "Close to the Edge" или "Dark Side of the Moon" применительно к мировому арт-року. По воспоминаниям фронтмена группы Джима Пемброука (вокал, гармоника, фортепиано), основная часть работы протекала в Швеции. В начале 1971 года финский квартет оккупировал студию Music Networks (г. Ваксхольм), где провел две достаточно насыщенные недели. Именно там были записаны основные вокально-инструментальные партии. По возвращении в Хельсинки Wigwam пригласили друзей (гитариста Юкку Толонена + шестерку духовиков) на студийную базу Finnvox и довели процесс до логического завершения. Следует заметить, что ведущий композитор бэнда Юкка Густавсон (вокал, орган, фортепиано, электропиано) отнюдь не планировал сочинять ряд концептуально связанных произведений. Однако же музыкальные находки "Убежища эльфов" словно по волшебству сложились в картину, на которой, невзирая на обилие деталей, нет ничего лишнего.
Вояж на берега сказки открывается напряженно-драйвовым этюдом "Losing Hold". Орган и фоно отвечают за массивную стену звука. Хитроумные басовые ходы Пекки Похьолы вносят собственную лепту в клавишное пиршество, а предельно точные перкуссионно-ударные приемы Ронни Остерберга выразительно подчеркивают риффовые завихрения коллег. Рефлексивная драма "Lost Without a Trace" выдержана в чистейших камерных тонах: певческие откровения Пемброука под его же фортепианный аккомпанемент и акустическая гитара Толонена соединяются в поэтическую графику - вечно юную, ибо затронутая тема любовного переживания будет актуальной всегда. Эпический стиль титульной вещи составляют близкий к фольклору мелодический контрапункт и виртуозные джазовые коллажи органно-пианистического свойства. Вязкая пульсация номера "Gray Traitors" благодаря скрипичному вмешательству Похьолы обретает претензию на академизм. В фьюжн-зарисовке "Cafffkaff, the Country Psychologist" находится место весьма своеобразному, в чем-то абсурдному юмору северных затейников. Да и последующая изощренная пьеса "May Your Will Be Done, Dear Lord" наверняка произведет впечатление на интеллектуалов: джазовый колорит, оркестровая духовая подача и темповые сдвиги в неожиданных моментах вполне способны удовлетворить эстетические запросы страждущих. Резкий (с оттягом) прямолинейный рок-посыл сегмента "How to Make it Big in Hospital" - типично пемброуковская антитеза изобретательным выкладкам его приятеля Густавсона; эдакое проявление здорового бунтарского духа в контексте "высоколобости". Отличительными чертами нордического игрового прогрессива полнится симпатичный инструментал "Hot Mice", за которым идет не менее увлекательный регтайм-вальс "P.K.'s Super Market" (оба - авторства Пекки). "One More Try" - меланхолическая история с легким налетом креативного хулиганства (есть и струнные, и "примоченный" саунд "Хаммонда"). "Rockin' Ol' Galway" представляется довольно странным коктейлем из вокальной "театральщины" а ля Питер Хэммилл, коммерческих мотивов и флюидов американского кантри с губной гармошкой в придачу. "Every Fold" несет на себе отпечаток британской поп-психоделии 1960-х. Замыкает программу 17-минутный совместный безумный джем ("Rave-Up for the Roadies") Wigwam и Юкки Толонена, запечатленный "живьем" летом 1971-го года в хельсинском клубе Hamis.                                                           
Резюмирую: крепкий и разноплановый релиз по-настоящему культовой команды, солидная веха в истории жанра. Пропускать не рекомендуется.

18 июн. 2014 г.

Picchio dal Pozzo "Picchio dal Pozzo" (1976)

Согласно общепринятой версии, с выбором названия для группы эти герои итальянской прог-сцены тянули до упора. Уже завершались студийные сессии, а ни коллективного имени, ни варианта оформления конверта планируемого LP у членов квартета не было. Тогда в порядке бреда духовик/перкуссионист Джорджио Карагьософф предложил прикрыться условной мантией вымышленного средневекового монарха Picchio dal Pozzo - героя шуточной поэмы, сочиненной специально для фэнзина. Обложку диска клавишник Альдо де Скальци и вовсе утвердил методом тыка, второпях указав на картинку настенного календаря. Верить легенде иль нет - пусть каждый решает самостоятельно. Одного не отнимешь: в своих умственно-импровизационных завихрениях Picchio dal Pozzo редкостно последовательны. Удивляться тут нечему: все четверо перезнакомились еще в детском саду (буквально), совместно восторгались всемирно значимыми событиями эпохи (к примеру, космическим полетом Гагарина), затем дружно получали музыкальное образование и параллельно испытывали увлечение творчеством как классицистов вроде Карла Орффа, так и смельчаков-новаторов уровня Фрэнка Заппы. Однако едва ли не единственным определением, характеризующим кондиции произведений Picchio dal Pozzo, служит термин 'Canterbury'. Caravan, Hatfield and the North, Henry Cow, National Health, Robert Wyatt - вечные фавориты, заочные учителя и путеводные звезды для генуэзцев. И, надо сказать, дебютный альбом PdP выявил в них не только талантливых продолжателей, но и по-настоящему даровитых интерпретаторов кентерберийского рока.
Мироточивые гармонии трека "Merta" (акустическая гитара Паоло Григуоло, шелест колокольцев, сакс Карагьософфа, электронные поползновения де Скальци) навевают воспоминания о Ричарде Синклере пополам с Soft Machine психоделического периода. В размеренном джаз-сегменте "Cocomelastico" усиливается роль брасс-составляющей, маэстро Альдо применяет хрестоматийное по отношению к жанру Fender Rhodes piano, а басист/горнист Андреа Беккари связует элементы посредством выдержанного ритма (свободный ударник в Picchio dal Pozzo отсутствует, посему каждый из ансамблистов дополнительно реализует перкуссионные партии). Трехчастный эпик "Seppia" воспринимается итальянским ответом представителям немецкой краут-волны: аналоговые синти-космизмы, секвенсивное "бульканье", бесформенные, уподобляющиеся призрачным стенаниям хоралы, монотонные пассажи флейты на разреженном авангардном фоне - все мнится оригинальным, где-то дерзким и при том максимально просчитанным до мелочей. Модернистские игрища с фри-джазом ("Napier") не лишены местечкового солнечного лиризма, окаймляющего атмосферную вокальную линию. Напевная мягкость этюда "La Floricultura di Tschincinnata" колорита ради замаскирована экстравагантными фьюжн-узорами. Пианистический экскурс "La Bolla" пропущен сквозь сеть различных инструментальных фильтров, отчего содержимое приобретает стойкий авант-привкус. Наконец, в аморфной фреске "Off" угадывается тонкоструйная рябь света, и это золотистое сияние препровождает слушателя к финальным аккордам темы. На правах бонуса - вычурный номер "Seulement", исполненный "живьем" в сентябре 1979 года.
Резюмирую: крайне необычный для адептов итало-прога художественный акт смешанного типа. Настоятельно рекомендую поклонникам "кентербери", почитателям РИО и любителям симпатичных странностей.

15 июн. 2014 г.

Keith Emerson, Mark Bonilla, Terle Mikkelsen "Three Fates Project" (2012)

Проект мечты Кита Эмерсона явился бесценным опытом для всех его участников. Норвежский дирижер Терье Миккельсен сумел таким образом прикоснуться к миру прогрессива, самому же Киту, гитаристу Марку Бонилле и другим членам The Keith Emerson Band выпал редкий шанс поучаствовать в грандиозном филармоническом ангажементе. Конечно, идея синтеза академической музыки с роком отнюдь не нова. Но обычно главной заинтересованной стороной выступали представители андеграунда. В данном случае, насколько можно судить, инициатива исходила от нордического мэтра, давно и прочно работающего с оркестрами разных стран и континентов. Основной сложностью виделся процесс адаптации сочинений из наследия ELP применительно к исполнению их гигантским коллективом Münchner Rundfunkorchester в количестве 63 человек. Поэтому оркестровкой занимались сообща: Эмерсон, Миккельсен, Бонилла + такие корифеи сцены, как индийский скрипач/композитор Джон Майер, Юстайн Нигар, Жюли Жиро, норвежский пианист/органист Кьетиль Бьеркестранд и японский классицист Такаси Ёсимацу, некогда перекладывавший для струнного состава произведения The Beatles, Pink Floyd да и тех же Emerson, Lake & Palmer. Результат командного труда оказался настолько хорош, что "Three Fates Project" выпустили на CD лейблы в США, России, Европе, государствах Скандинавии. А для особо упертых коллекционеров винила фирма Simax Classics даже отпечатала LP-вариант релиза.
Осознанный отказ от вокальных фрагментов, на мой взгляд, лишь прибавил очков грандам. В конце концов, так и проверяется истинная сила музыки. И этот экзамен творения мистера Эмерсона выдержали более чем достойно.
Солидные оркестровые пассажи в двухчастной сюите "The Endless Enigma" уравновешиваются ритмической пульсацией ударных (Трой Луккетта) и баса (Трэвис Дэвис), электрическими завихрениями соло-гитары (Бонилла). А нечастые фортепианные маневры мастермайнда в контексте действа воспринимаются своеобразной пунктирной линией - скромной, но предельно строгой (экс-разрушитель "Хаммонда" повзрослел, остепенился и сменил замшево-кожаный прикид на фрачную пару с галстуком-бабочкой). Экстремальный хард-фьюжн-боевик "American Matador" авторства Марка отмечен присутствием греко-американского барабанщика Тосса Паноса и драматическим накалом звуковых страстей; неплохой эмоциональный срез перед возвышенными романтическими всполохами эскиза "After all of This" (дивной красоты вещь). В сюжете "Walking Distance" пера Бониллы элегический строй испещрен авантюрными заусенцами, что не позволяет зарисовке скатиться в область банальных музыкальных штампов. В непосредственной близи от означенного трека распростерся ядреный крупнокалиберный опус "Tarkus (concertante)" - без преувеличения культовая конструкция трио Эмерсон, Лейк энд Палмер, один из канонических эпиков планетарного прогрессив-рока. Присущий ему масштаб обрел новое измерение благодаря полифонической симфо-эстетике, помноженной на виртуозные, захлебывающиеся адреналином лид-партии Марка. После такого самое время оттянуться под прог-тарантеллу "Malambo" Альберто Гинастеры или предаться раздумьям, облеченным в чистые оркестровые краски пассажа "The Mourning Sun". Изощренный монотематизм "Abaddon's Bolero" прирастает выразительными духовыми и экстатической, сметающей все живое гитарой. Апофеозом концерта для сводной инструментальной капеллы служит дилогия Аарона Коупленда "Fanfare for the Common Man" - прекрасный повод для арт-рокеров блеснуть техническим совершенством и чувством стиля.
Резюмирую: фактически эталонный пример грамотного слияния "большого" и "малого" видов искусств. Рекомендую почитателям прогрессивных экспериментов на почве тотального симфонизма.

13 июн. 2014 г.

Clearlight "Infinite Symphony" (2003)

У больших музыкантов юбилеи принято отмечать с размахом. Этой традиции вовсе не чужд и Сирил Верду - композитор, клавишник, продюсер, олицетворяющий собой предприятие под названием Clearlight. Дебютная работа прожекта ("Clearlight Symphony") стала знаковым явлением в мире классического прогрессив-рока. Однако повторить успех первенца у Сирила и К как-то не получалось. Были, конечно, вполне неплохие релизы, но отнюдь не шедевры. Лишь с выпуском LP "Visions" (1978) Верду вновь обрел необходимую форму. Впрочем, ненадолго. Трагическая гибель 4-летнего сынишки круто изменила жизнь Сирила. Ради восстановления душевного равновесия он занялся йогой и другими восточными практиками. Уединенные медитации в ашрамах помогли французскому артисту примириться с существующим положением вещей. Вооружившись новыми знаниями, маэстро Верду принялся колесить по миру в поисках единомышленников. Отныне его звуковые опыты заиграли ярко выраженными индуистскими цветами (цикл "Kundalini Opera"). Ультрамодные компьютерные технологии также не остались без внимания Сирила. Широкие возможности цифровых клавишных агрегатов максимально отвечали запросам исполнителя, привыкшего действовать в одиночку. Лишь на пороге Миллениума Верду ощутил потребность вернуться в рок-строй. И вот, накануне 30-летней годовщины с момента выхода "Clearlight Symphony" ветеран арт-цеха продемонстрировал завидную верность некогда избранной теме...
Разбитая на шесть глав "Infinite Symphony" местами воспринимается парафразом знакомых уже сюжетов. Внедрив в канву масштабного вступления "Movement I" проверенный лейтмотив, Сирил при посредничестве команды аккомпаниаторов (включая старого друга, знаменитого саксофониста/флейтиста Дидье Малерба) замутил фьюжн-амальгаму необычного типа. Тут и космические переливы синтезаторов, и налет сакрального мистицизма, и остро отточенные гитарные партии Питера МакКарти, и электроскрипка Тревора Ллойда. Этнический колорит духовых гармонично оттеняет джаз-фанковую основу трека "Movement II", где умельцу МакКарти вторит ритм-гитарреро Джон Томас, а витиеватость евро-раги не отменяет суховатой жесткости неопрогрессива. Инспирированный карело-финским эпосом "Калевала" сегмент под номером III - своего рода бенефис ударника/вокалиста Шона Герина, чей голосовой тембр копирует Питера Гэбриэла, правда, без особого огонька. Да простят меня поклонники ныне покойного мультистаночника Герина, но эта певческая добавка в канве сугубо инструментальной эпопеи - наиболее уязвимый эпизод затеи; бледно, неоправданно затянуто и в общем-то бестолково. Зато последующая часть ("Movement IV") хороша ренессансными цитатами, кельтскими позывными вистла Ричарда Харди, его же мощной саксофонной подачей, отлаженной полифонией и беглым фортепианным пунктиром мастермайнда. Схема "Movement V" целиком выдержана в ключе симфо-рока. Оркестровая расстановка (фоно + гитара + аранжемент) наследует принципам англичан The Enid, да и в деталях напоминает последних до чрезвычайности. Увенчана панорама эпилогом "Movement VI", аккумулирующим стилевые нюансы в едином соническом резервуаре: фьюжн, chamber и умеренный прог-симфонизм дефилируют аккуратным шагом, с достоинством и без выпендрежа.
Резюмирую: достаточно симпатичная пластинка, способная понравиться как упертым "семидесятникам", так и поколению next. Советую приобщиться. 

10 июн. 2014 г.

Fusion Orchestra "Skeleton in Armour" (1973)

Наиважнейшее качество прогрессива - дальнобойность. Невозможно свести суть дела к одной лишь ностальгической тоске по старым добрым семидесятым; в конце концов, наследие сорокалетней давности притягивает немалое количество молодых людей, коих в ту пору попросту не было на свете. А значит, содержится в оном определенный секрет, да только не факт, что отыщется со временем нужный ключ...
Впрочем, бог с ними, с философизмами. Перейдем к истории. На повестке дня - хроникальный экскурс в биографию британской команды Fusion Orchestra. Образовали бэнд друзья-гитаристы Колин Доусон и Стэн Лэнд совместно с драммером Дэйвом Беллом. Произошло это в 1969-м. Дальше, как водится, затянулся процесс ротации кадров. Группу "трясло" до июня 1972-го, когда все элементы сложились в целое и оформился "классический" состав Fusion Orchestra: Доусон (лид-гитара, бас-педали "Хаммонд"), Лэнд (электро-, слайд- и гавайская гитары, синтезатор, гармоника), Белл (ударные, перкуссия), Джилл Соуорд (вокал, флейта, фортепиано, электропиано, челеста, фисгармония, орган, 12-струнная акустическая гитара), Дэйв Кауэлл (бас, перкуссия, гармоника, варган). Последний оказался истинной находкой для ансамбля. Во многом благодаря склонности Кауэлла к мегастилистике композиторские фантазии отцов-основателей обрели иную перспективу и претензию на глубокомыслие. Театрализованные перформансы "оркестрантов" в лондонских клубах пользовались вниманием публики. И вскоре дружная пятерка вполне логично угодила в распростертые объятия продюсеров...
Их первенец "Skeleton in Armour" записывался в легендарной студии Abbey Road. Члены Fusion Orchestra стремились если не поразить потенциального слушателя, то хотя бы произвести впечатление. Получилось недурно.
Закольцевав материал короткими трубными позывными (в духе геральдической традиции) под общим названием "Fanfairy Suite for 1000 Trampits", квинтет решительно оторвался по полной. Так, 12-минутная "Sonata in Z" явилась поразительным замесом из вкуснейших wah-wah-риффов, атакующей вокальной манеры фронтвумен Соуорд, джаз-роковых пируэтов с виртуозным пианистическим рисунком, сумасшедшей ритм-фактурой и блюзовыми "феньками" под губную гармошку. После столь диковинной (читай: диковатой) заявки ребята при помощи номера "Have I Left the Gas On?" отважились приукрасить и без того калейдоскопическую панораму: тональная смычка меж забубенными фьюжн-загибами и хрупкой мелодической вставкой рефлексивного свойства реализована исключительно ловко. Кабацкая джига "Ok Boys, Now's Our Big Chance" - шальной 48-секундный эпизод, предваряющий бойцовый настрой титульной вещи с ее великолепными дуэльными выпадами "Хаммонда" и гитары. Типичный рок-н-ролл "When My Mamma's not at Home" по воле закоперщиков наделен колоритными брасс-чертами, а в эпической фреске "Talk to the Man in the Sky" на равных сосуществуют кардинально полярные начала - хард, фолк и авантюрный опереточный прог-бедлам...
Резюмирую: невзирая на вычурность, чертовски привлекательная саунд-эпопея, претворенная по-настоящему талантливыми людьми. Ценителям комплексного винтажного арта - на заметку.

7 июн. 2014 г.

Harmonium "Si on Avait Besoin D'une Cinquième Saison" (1975)

Это сейчас о нем пишут книги, публикуют статьи, снимают документальные передачи. А тогда, в далекие семидесятые, канадец итальянских кровей Серж Фьори был всего лишь подающим надежды артистом. Руководимый им ансамбль Harmonium критикам полюбился сразу. Профессионалы с наметанным глазом не могли не отметить тонкую художественность полотен, филигранность инструментального штриха и безупречное чувство стиля. Прибавьте сюда драматический аспект, сопряженный с поэтическим богатством лирики. Определенно, на бурлящей жизнью прогрессивной квебекской сцене Harmonium сумели занять отдельную нишу. Приглушенная камерность, доверительность интонации, четкое соблюдение баланса меж высоким искусством и умеренной тягой к эстрадным сюжетам сделали ребятам имя. Оставалось благополучно закреплять удачно найденное, что Фьори и осуществлял при поддержке верных своих друзей.
Второй LP коллектива, замысловато озаглавленный "Если бы мы нуждались в пятом времени года", обозначил переход к более развернутому, концептуальному формату. Привычные chamber-прожилки никуда не исчезли, но зато местами обогатились изысканной полифонией. Вступительный этюд "Vert" - гимн мелодическому романтизму. Мечтательные откровения фронтмена (вокал, 6- и 12-струнные гитары, цитра, траверс-флейта, перкуссия) вкупе с колоритными духовыми пассажами Пьера Дэйньо (флейта, пикколо, сопрано-саксофон, кларнет, бас-кларнет), дублирующими голосами Мишеля Нормандо (гитара, аккордеон, дульцимер) и Луи Вало (бас, электропиано) составляют весьма привлекательную картину в ключе деликатного приджазованного фолка. Последующая пьеса "Dixie" развивается по канонам кабаре-регтайма (недаром музыкальная карьера Фьори начиналась в рядах дансинг-оркестра); особенно обращает на себя внимание виртуозная перекличка кларнета, гитары и рояля. Эпическим размахом отличается философская фреска "Depuis l' automne". Тщательно выстроенные бард-монологи постепенно адаптируются к масштабному симфонизму. А дальше наливающиеся силой словесно-струнные эскапады струятся вдоль меллотрон-линий и грозовых отзвуков синтетического оркестра авторства Сержа Лока (клавишные). В преимущественно гитарной акустической балладе "En pleine face" скромная роль принадлежит аккордеону мсье Нормандо, чьи партии - истинный бальзам для слуха. Апофеозом программы служит 17-минутная сюита "Histoires sans paroles". Тут-то предводитель Harmonium с полной ясностью демонстрирует, чего он стоит как композитор. Редкостной красоты нежнейший флейтовый лейтмотив, подчеркнутый аналоговыми "маринами" меллотрона; пронизанная тембральным теплом океаническая атмосферная психоделия; эмоциональная хоральная импровизация эпизодического плана; плюс изящные фольклорные арт-маневры, завершаемые уже знакомыми нотами.
Резюмирую: напоенный волшебством, омытый пенными волнами моря пасторальный прог-фолк, предназначенный всем ценителям прекрасного. Не пропустите. 

1 июн. 2014 г.

Mahogany Frog "DO5" (2008)

У владельца нью-йоркской конторы MoonJune Records Леонардо Павковича замашки гурмана. Репертуарную политику лейбла он выстраивает с особым тщанием. При этом ориентируется на собственные музыкальные пристрастия. Как следствие, дивизион артистов MoonJune укомплектован адептами джаза, авангарда и прогрессива. По соседству с легендарными именами (Аллан Холдсуорт, Хью Хоппер, Элтон Дин, Джон Этеридж и др.) сосуществуют на равных одаренные представители молодого поколения (D.F.A., The Wrong Object, Dewa Budjana). В эту компанию отлично вписываются канадские оригиналы Mahogany Frog.
Спонтанные комбинации виннипегского квартета со временем приобрели свойство хорошо структурированных полотен. Бесподобный эмоциональный коктейль из элементов прога, электроники, эмбиент-экспериментов, джаз-рока и стильных ультра-лаунж-диверсий в духе поздних пятидесятых создал группе репутацию уникумов. А поскольку мультиинструментальные способности парней позволяют им без труда курсировать между полярными жанровыми берегами, кажется вполне естественным, что творчество коллектива приковывает внимание экспертов из зачастую прямо противоположных лагерей.
По ряду факторов релиз "DO5" - работа весьма показательная. Здесь композиционно-технические возможности участников MF достигли пика. В копилку сложилось многое: духовые, гитары и разномастные клавишные Грэма Эппа, аналогичный (за вычетом брасс-причиндалов) арсенал средств Джесси Уоркентина, басы, трубы и перкуссия Скотта Элленбергера, а также ударные и электронные примочки Джей-Пи Перрона. Короткое жесткое интро "G.M.F.T.P.O." невольно настораживает металлизированной подачей. Но дальше всё становится интереснее. От 11-минутной пьесы "T-Tigers & Toasters" исходит винтажно-психоделическое краут-мерцание, помноженное на атакующую мощь сдвоенных гитар а ля Djam Karet. Мелодичный эпизод "Last Stand at Fisher Farm" отмечен полифоническими изысками, как то: волновые шумы, чистые акустические краски, торжественный трубный хор в содружестве с пафосной отбивкой ударных, позвякивание вибрафона + массивный синти-бэкграунд; налицо предельно выверенный оркестровый эффект. Брутальным закадровым юмором пронизана дилогия "You're Meshugah!"/"I Am Not Your Sugar". Помимо абсурдистской рифмованной игры слов в названиях, аудитории явлена стихийная хард-ярость струнных, периодически накрываемых булькающе-конвульсивным электронным звуковым покрывалом. Аналоговые космические секвенции трека "Demon Jigging Spoon" удачно оттеняются внушительными риффами и довольно ершистыми соло Грэма и Джесси. Драйв, хаос и пульсирующая тьма космоса поглощают слушателя без остатка в момент знакомства с деконструктивной схемой "Medicine Missile". Зрелая рефлексия и легкомысленное буйство гормонов перетекают друг в друга на обширном соническом поле сочинения "Lady Xoc & Shield Jaguar". Наконец, протяжная транс-эмбиент-вещица "Loveset" ставит точку в достаточно нелегком, но затейливом повествовании.
Резюмирую: абсолютно нетривиальное саунд-путешествие, подаренное нам четырьмя безумными канадцами. Рекомендую.