27 апр. 2013 г.

Yves Laferrière ‎ "Yves Laferrière" (1978)


"После многих лет, проведенных с рок-ансамблями Contraction и Ville-Émard Blues Band, я записал этот альбом - в качестве первого шага на пути к звуковому оформлению фильмов, к чему, говоря по совести, стремился изначально..." Собственно, более добавить тут нечего. Разве что контурно наметить штрихи к портрету Ива Лаферрье да попытаться высветить композиционные грани пластинки.
В среде поклонников канадского арт-рока маэстро почитается за одного из столпов квебекской прог-сцены. Тому есть причины. Музыкальная карьера Лаферрье стартовала в шестидесятых. Тогда юный Ив стал неотъемлемой частью фолк-квартета Les Quatre-20. Потом была хорошая школа в рядах аккомпанирующего состава Франка Дервьё. Далее по списку - недолговечные, но знаковые Contraction и Ville-Émard Blues Band. В 1975 г. Лаферрье c коллегами поучаствовал в создании программы "Thèmes" гитариста Жака Блэ. А затем логично вырулил на тропу сольных экспериментов. Результат творческих исканий - скромный лонгплей без названия, вышедший на излете семидесятых.
На подмогу мсье Иву (бас, электропиано, вокал) пожаловала сборная представителей ведущих прогрессивных коллективов Страны Кленового Листа. Члены Conventum, Harmoniuml'Orchestre Sympathique и Beau Dommage дружески объединились в команду и достойно исполнили предназначенные им роли. Общую тональность действию задает "Ouverture: Le Son Qui Nous Unit". Неторопливый мелодичный джаз-н-арт, коим так славились Contraction, вновь нежно рдеет - но уже в приватном цветнике господина Лаферрье. Характерная деталь: щедрый хозяин совершенно не узурпирует звуковое поле, предоставляя другим возможность как следует разгуляться. На лидирующих позициях двое - известный гитарреро Рене Люссье, позднее снискавший славу кино-композитора, и скрипач Бернар Кормье, чей послужной список тоже достаточно широк. Игровой фьюжн, оркестровая эстетика и фольклорные мотивы органично преломляются в контексте пьесы "Des Instruments Chargés À Blanc". Изящная "La Douce Odeur De L'Encens" навевает ассоциации с плавным кружением листвы в джазовом вальсе Ее Величества Осени, а продолжением выступает не менее фактурная вещица "Anastasie Oh! Ma Chérie (Thème Du Film)", реализованная в лучших традициях все тех же Contraction. Тонкий вкус и недюжинные сочинительские таланты Лаферрье особенно ярко демонстрирует в треке "Merida! Merida!" Эта колоритная босса-нова явственно перекликается с отдельными произведениями Мерит Хеммингсон (заинтересованных отсылаю к LP "Balsam" 1975-го года), впрочем, ни о каком заимствовании речь не идет; просто естественный процесс ловли идей из воздуха. Тема "La Cuisine Rouge" - занятный сплав из несколько авангардистских хоральных построений и привычной для Ива предельно стройной софт-джазовой манеры. В "La Samba Du Bas-Du-Fleuve" уловимы отголоски раннего Карлоса Сантаны, зато в масштабном кунштюке "Mouvements" Лаферрье с исключительной оригинальностью исследует авант-проговые закоулки, давая волю изощренной инструментальной фантазии. Завершается диск тетриптихом, сотворенным для киноленты "La Cuisine Rouge".
Резюмирую: образцово-показательный (в рамках направления Prog Quebec) художественный акт, воплощенный в жизнь неординарно мыслящими артистами. Очень рекомендую.    

22 апр. 2013 г.

Aranis "Songs from Mirage" (2009)


После безупречно исполненной дилогии (диски 2005-го и 2007-го годов) у ребят из Aranis наступила потребность в разнообразии. Пофантазировав, предположим следующее: условно прекрасная половина коллектива надавила на мастермайнда: мол, что это мы все без молока (в смысле, без вокала). Сколько можно гнать инструментальщину? Даешь здоровый детский смех на лужайке и новые песни о разном! Сопротивляться, естественно, было бесполезно. И Йорис Фанвинкенройе сдался. Начал сочинять, как и положено, через силу, с неохотой. Но спустя некоторое время втянулся, вошел во вкус и - вуаля! - произвел на свет полноценного концептуального дитятю, упакованного в 14 треков-распашонок. Мало того, Йорис не поленился расписать тексты (чего прежде за ним не водилось). Правда, совокупный результат совершенно не напоминал привычное широким массам песенное творчество. Маэстро, будучи академистом до мозга костей, замутил ораторию. И озвучивать ее, разумеется, подобало не эстрадным дивам, а кому-то поприличнее. Как только в авантюру включилось филармоническое женское трио, процесс пошел...
Программа "Songs from Mirage" явственно показала: и на чужом тактическом поле боевая единица Aranis способна побеждать всех и вся. "Безударный" камерный состав (две скрипки, аккордеон, фортепиано, контрабас, гитара, флейта) в соединении с хоральными фемино-частями превратился во внушительное орудие многоцелевого использования. Здоровая консерваторская закваска + исконные фламандские мотивы, это, знаете ли, весьма действенная штука... Для затравки - "Ouverture". Нежные ангельские голоса на фоне тревожных струнно-клавишных партий. Драма? Натюрлих. Причем с аранжировочной точки зрения не подкопаешься. Дядька Йорис изумительно сплавил три в одном: многоголосие а ля Adiemus, академическую эстетику и народный мелос. Получилось шикарно. Да и в развитии оно не растеряло эффекта. Незаметный дирижерский пасс - и на авансцене чувственно-религиозная пьеса для голоса и фортепиано ("Fresia"). В "Chamber Rock" певицам дозволяется передохнуть, прочие же грозно бряцают перед носом у слушателя знакомыми авант-причиндалами. Экстатическая жертвенность ("Reprise") сменяется колыбельной ("Lullaby"), упирающийся в сильные доли chamber prog ("Airesym") мимикрирует под замысловатый певческий авангард ("Aynu"). "Lever in Plakjes" и вовсе выглядит обращением к zeuhl-традициям, тогда как одухотворенная "Jelimena" воспринимается камерным нью-эйдж-гимном в манере Карла Дженкинса. Однако Фанвинкенройе не забывает про родное для бельгийцев направление РИО, реализуя связку "Keria" / "Out Ama": цельно, мощно и по делу. Ну а затем не зазорно снова поэкспериментировать с дамскими тембрами ("Enjuminenna"), темпераментно пройтись смычками по струнам ("Ilah") и оборвать картину на эмоциональном подъеме ("Finale").
Резюмирую: блестящий композиционный опыт, убедительно демонстрирующий неиссякаемую изобретательность и могучий потенциал Aranis. Рекомендую.   

17 апр. 2013 г.

After Crying "Megalázottak és Megszomorítottak" (1992)


О своих вдохновителях они всегда говорили без утайки. В сфере классической музыки - уникальная Б-триада: Бах, Бетховен, Барток. В мире интеллектуального рока вершиной творческой пирамиды для After Crying служили (и служат) британские прог-аристократы - Emerson Lake & Palmer да King Crimson. Игровые схемы венгерского бэнда (как и положено ансамблю с приставкой "арт") не страдали однообразием. Так, LP "Overground Music" (1990) в большей степени ориентировался на камерное звучание. Однако с введением в состав драммера Ласло Гача членам группы пришлось основательно пересмотреть репертуарную политику, сделав уклон в рок-область. Первым шагом на этом пути стала программа "Megalázottak és Megszomorítottak". Трудились над ней сообща, придавая огромное значение деталям. Для верности подключили к процессу chamber-октет. И результат получился по-хорошему впечатляющим.
Пять треков: три миниатюры, эпик + еще одна пьеса с увеличенным хронометражем. Повод для старта - 22-минутное полотно "A Gadari Megszállott". Атмосферный синти-ландшафт, редкая птичья перекличка, благородно-траурные виолончельные пассажи... На протяжении доброй дюжины минут никаких особенных сюрпризов не происходит. Разве что действие обогащается вокально-повествовательным элементом на мадьярском наречии. Но все очень ровно, неспешно, в рамках высокой культуры и драматической по внешним кондициям темы. Зато дальше начинается интересное. Клавиши Чабы Ведреша постепенно перепрофилируются: джазовые петли чередуются с неприкрыто авангардными приемами. Волей-неволей меняет окраску и виолончель Петера Пейтшика, устремляясь в русло полу-импровизационных маневров. Свою лепту в общую копилку также вносит труба Балажа Винклера, задавая вектор движения ритм-секции. Короче, убедительно, и убедительно весьма. Ноту трагизма берет сочиненный маэстро Ведрешем реквием "A Kis Hõs". Струнные с их величавой осанкой, разнополые хоралы, слитые в унисон... Ни тени электрического вмешательства. Ощущение, словно побывал на мессе в церковном соборе. Чинно, скорбно и таинственно... Миньон "Noktürn" поддерживает линию умиротворения: трогательная эмбиентальность, венгроязычная лирика, секвенсивно-филармоническая "подсветка"; тихо, приятно и без претензий. Зато в титульной вещи ребята по первости лихо нарезают "кримзонику" (причем, с упором на замысловатые партии клавишных и предельно изобретательные "виолончелизмы" - то вздыбленно-истеричные, а то и исполненные благодати). Впрочем, вторая фаза опуса больше напоминает пространные джаз-экскурсы Терье Рюпдаля: щедро усеянные паузами фортепианные аккорды, мерцающее загадкой соло духовика Винклера, и плавно наползающие эфирные волны, омывающие душу, избавляющие от суеты и погружающие в целебный, живительный сон... Финальный эпизод "Végül" - умозрительный срез меж академическим упражнением в композиции и вычурным ритмическим фьюжн-пробросом на короткую дистанцию.
Резюмирую: одна из почетных позиций европейского прог-ренессанса 1990-х. Воплощение свежести, оригинальности и таланта. Пропускать не советую. 

13 апр. 2013 г.

Tribute "Breaking Barriers" (1986)


Рафинированный симфонический мелодик-рок с альбома "New Views" (1984) явился для Tribute пропуском в мир "большой" музыки. И было бы логично для шведов продолжать творить в том же духе. Однако заводные молодцы Кристер Редин (клавишные, бас) и Гидеон Андерссон (бас, гитара, мандолина) по-иному смотрели на вещи. Как-никак, на дворе стояла середина восьмидесятых. Новые времена требовали свежих, неординарных решений. Конечно, опускаться до откровенно попсового уровня ребятам не улыбалось. Но поиграть с почтеннейшей публикой в шарады они, понятное дело, могли и хотели. Таким образом, из Франции снова рекрутировали лидера Gong, прославленного ударника Пьера Мерлена. В качестве ведущих гитаристов задействовали Дага Вестлинга и Оке Зедена. А сестер Лену и Нину Андерссон назначили ответственными за обширный арсенал перкуссионных причиндалов, духовые и вокал. На запись "Breaking Barriers" ушло чуть больше двадцати дней. И в том же 1986-м году красиво оформленный лонгплей поступил в продажу...
Ломку стереотипов Tribute осуществляли несколько иезуитским способом. Свойственные диску-предшественнику олдфилдовские интонации сократили до минимума. И если "New Views" подкупал деликатными, всецело инструментальными треками, то в "Breaking Barriers" скандинавские затейники не постеснялись вторгнуться на вокальную территорию. Ритмичная помесь new wave с неопрогом и песенная ориентация формируют кондиции титульной пьесы. Старыми поклонниками группы подобный шаг, вероятно, рассматривался как измена светлым артовым идеалам. Впрочем, ежели отрешиться от голосовых упражнений в первой половине трека и сосредоточиться на последующей гитарно-клавишной схеме, приходит осознание: прогрессивные устремления не исчезли, просто черты их кардинально преобразились. Что доказывает и рединская вещица "Streamlined" с ее аккордовым синти-спектром, вычурными басовыми коленцами, четко фиксированными ударными, умеренной саксофонной дозировкой, разноликими маневрами гитаристов и общим хамелеонистым характером. Легковесность здесь совершенно естественно сменяется рассудительностью, и наоборот. А уж в рамках сочинения "Dieselengine" Кристер с Гидеоном отрываются по полной! Их бас-дуэт при весомой поддержке маэстро Мерлена забирается в область виртуозного игрового фанка. Зажигательные пируэты троицы, вроде бы, никак не соотносятся с предыдущими композициями, и все же данный эклектик-коктейль ничуть не мешает адекватному восприятию релиза. Повышенную тягу к экзотике Tribute удовлетворяют в номере "A Kumma Ki Yidi", озвученном приглашенным перкуссионистом Амаду Жарром на языке племен Сьерра-Леоне. Замечателен и "гимновый" арт-вояж в шотландское высокогорье ("Scottish Mystery"), предпринятый ансамблистами без словесного сопровождения. Сamel'овскими нотками (периода "Stationary Traveller") пронизана "нововолновая" баллада "Leaves are Falling". Завершается же панорама светоносной вибрафонической фреской Мерлена "I Felt Like It", вызывающей ощущение причастности к чуду.
Резюмирую: неровный, но все-таки по-своему любопытный художественный акт, служащий прекрасной иллюстрацией на тему прогрессива 1980-х.  

8 апр. 2013 г.

Klaatu ‎ "Sir Army Suit / Endangered Species" (1978/1980)


Сохранять консервативную невозмутимость в момент, когда на дворе бушует диско-панк-лихолетье, - в этом, определенно, есть свой резон. Именно так поступили участники канадского прожекта Klaatu. Сперва одарили слушателей цветастым рок-букетом под названием "Hope". А чуть погодя, августовским днем 1977 года, троица музыкантов направила стопы в студию Sounds Intechange (Торонто). На вооружении у ребят, помимо свежего материала, имелась идея-фикс: не замечать охватившей мир новомодной горячки и следовать собственным курсом. Продюсер Терри Браун, как водится, благословил подопечных. Воодушевленные поддержкой мэтра, друзья приступили к работе над третьим лонгплеем "Sir Army Suit"...
Начинать диалог в ретро-ключе - традиционный вариант для Klaatu. И тут он весьма кстати. Мьюзиклоподобный старт "A Routine Day" обволакивает теплым ностальгическим шлейфом, приятственной оркестровкой и замечательной вокальной подачей. Дальше - ожидаемый "подъем переворотом" с выходом в энергичную рок-н-ролльную область ("Juicy Luicy"). И тотальная смена рисунка в "Everybody Took a Holiday", где имеем легкий "закос" под Битлз по рецепту британцев Stackridge. Не уставая от многочисленных стилевых кульбитов, Klaatu смело ныряют в брутально-риффовый эйсид-рок ("Older"), щедро расточают вокруг себя театрализованный хиппи-фолк ("Dear Christine") и отважно пытаются влезть в шкуру печально известного маньяка-убийцы под эффектно пузырящийся психоделический ритм-н-блюз ("Mister Manson"). И вновь искристая праздничная вязь а ля шестидесятые ("Tokeymore Field"), за которой приоткрывается блистательный мелодический поп-арт-горизонт "Perpetual Motion Machine". Любовную сладкоголосую элегию "Chérie" наши герои умело драпируют изысканной камерной тканью. После чего завершают действо аппаратным технологическим экспериментом с рекординг-оборудованием ("Silly Boys").
Неумолимо приближающийся рубеж десятилетий Klaatu ударно встретили диском "Endangered Species" (1980). В продюсерском кресле на этот раз воцарился Кристофер Бонд, склонивший закаленных канадских бойцов к добавлению в эклектичное варево порции глянца. Отсюда чудное синтетическое вступление "I Can't Help It" - хитросплетение new wave тенденций с остроносым подвижным хардом. Помпезная (но душевная) "Knee Deep in Love" с ее бравурной оркестровкой смахивает на гибрид Bread и Pilot. Адреналиновым настроем пропитана порывисто-минималистичная "Paranoia", а "Howl at the Moon" так и подмывает зачислить в разряд миниатюрных пост-панк-опер. Пересмотр некогда устойчивых критериев подвел Klaatu к вещам, усердно избегаемым ранее. Отныне для них стало не зазорно вторгаться на глэмовые территории, предпринимать дискотечные экскурсы и рядиться в сверкающие электронные доспехи ("Hot Box City", "Dog Star", "Sell Out, Sell Out"). И только архаичный пробитловский эпилог "All Good Things", сдобренный великолепными струнными партиями, удерживает трио от окончательного скатывания в эстрадную бездну...
Резюмирую: невообразимая мозаика, вмещающая в себя как элементы бурлеска и китча, так и достаточно искренние, мотивные пьесы, полные симпатичных гармонических решений. Советую ознакомиться для расширения кругозора. 

6 апр. 2013 г.

Panzerpappa "Astromalist" (2012)


За продуктивностью норвежцы Panzerpappa явно не гонятся. Их предыдущий диск "Koralrevens Klagesang" вышел аж в 2006-м. И только спустя три года члены квартета соизволили наведаться в студию, дабы запуститься с новым альбомом. Фиксация его растянулась надолго. С марта 2009-го по ноябрь 2011-го нерасторопные скандинавы с дотошностью маньяков-перфекционистов оттачивали каждую ноту. Впрочем, и результат получился на загляденье. Группа явно прибавила в весе, поднаторела в мастерстве и ожидаемо подтвердила верность философским принципам эклектизма. По традиции, не обошлось без именитых гостей. Если на "Koralrevens Klagesang" отметился эпизодическим присутствием культовый "кентербериец" Ричард Синклер (Caravan, Camel, Hatfield and the North), то в этот раз звуковую доску почета украсили ветеран бельгийской прог-сцены Мишель Беркман (JulverneUnivers Zéro), авторитетный соотечественник Panzerpappa Кетиль Веструм Эйнарсен (White Willow, Wobbler, Rhys Marsh and the Autumn Ghost, Opium Cartel), израильский саунд-чародей Уди Кумран (5UU'S, Present, Ahvak) и прочие замечательные личности.    
Свой безумный парад бригада Тронда Гьеллума начинает с энергичной фрески "Bati La Takton!". По структурным особенностям - без сюрпризов. Семидесятнические "софтмашинальные" гармонии пристегнуты крест-накрест к геркулесовым столбам авант-прога. Скроено идеально, швы и заусенцы отсутствуют. Полифонические маневры эталонного качества воплощаются четверкой без привлечения дополнительных музыкантов. Гьеллум (ударные, клавишные, синтезаторы, программирование), Стейнар Бёрве (саксофон, клавишные, перкуссия, программирование), Ярле Г. Сторлёккен (гитары, перкуссия, вспомогательные ударные) и Андерс К. Крабберёд (бас, перкуссия, пиано) умеючи расставляют акценты и, подобно записным фокусникам, магнетизируют публику загадочными пассами. В энигматической пьесе "Anomia" чудится намек на минимализм пост-рокового свойства, маскировки ради помноженный на академический антураж (приглашенное струнное трио) и постепенный джазовый выверт ритма. "Femtende Marsj" выставляет напоказ клыкастую фьюжн-авангардную пасть и демонстрирует гимнастические элементы повышенной сложности. В картине "Ugler i Moseboka" маэстро Веструму отводят роль флейтиста-бенефицианта. Тут вам и пасторальное кружение вокруг прочного мелодического стержня, и экспрессивный драматизм, правда, без эмоционального крещендо, и ощущение ясности композиторской мысли (Сторлёккен), порожденной зрелым, сноровистым мозгом. Комплексная ощеренная архитектоника "Satam" - плод коллективных раздумий над базовыми тематическими схемами; шквалистое РИО весьма затейливого фасона, густо присыпанное нойзом от дядюшки Кумрана. В титульной вещи Panzerpappa раздвигают джаз-артовые рамки на ширину секвенсивно-прогрессивного авангарда (камерный контроль за мотивационной линией осуществляет гобоист Беркман). Ну а заключительная "Knute På Tråden" - своеобразный реверанс в сторону канонического chamber-прога брюссельской закваски; UZ-приемы красноречиво проступают сквозь трезвый нордический расчет. 
Резюмирую: блестяще исполненный, незашоренный художественный акт, горячо рекомендуемый интеллектуально подкованным меломанам.      

2 апр. 2013 г.

Klaatu "Klaatu/Hope" (1976/1977)


Два определения, от которых Вам ни за что не отделаться при разговоре о Klaatu: 1) The Beatles, 2) научная фантастика. Как только безымянный лонгплей неведомой группы оккупировал прилавки магазинов в августе 1976-го, информационное поле наводнили парадоксальные слухи. Мол, ансамбля Klaatu не существует вовсе, а пластинку записали украдкой воссоединившиеся Битлз. Свою роль тут сыграло полное отсутствие данных об исполнителях на конверте альбома. Да и журналисты не упустили шанса подлить масла в огонь. "Could Klaatu Be the Beatles?", "Is Klaatu the Beatles?". Эти и прочие типовые заголовки периодически мелькали в прессе. Спору нет, легенда замечательная, однако в реальности все выглядело иначе. Проект образовался в 1973 году в Канаде. Изначально Klaatu функционировали в виде дуэта: Джон Волошук - вокал, клавишные, бас, акустическая гитара; Ди Лонг - вокал, клавишные, гитара. Ударник-мультинструменталист Терри Дрэйпер прибился к ребятам в период оформления синглов для дебютной работы. С тех пор Klaatu взаимодействовали в формате трио. Кстати, свое вычурное имя канадцы позаимствовали из культовой ленты 1951 г. "День, когда Земля остановилась" (по сюжету так звали инопланетного эмиссара, делегированного с важной миссией на наш голубой шарик). Впрочем, данным фактом связи команды с sci/fi-тематикой не исчерпываются...
Тонкий стёб, психоделическое настроение, поп-роковая мелодика и отменный вкус - вот краткая характеристика первенца головастой троицы. Парни точно угадали желания публики. В итоге их вещь "Calling Occupants of Interplanetary Craft" попала в Top 10 Британии и Тоp 40 Соединенных Штатов. Правда, украсились хит-парады не оригинальным вариантом песни, а кавер-версией, озвученной популярной семейной ячейкой The Carpenters. И напрасно. Ибо исходник по-настоящему прекрасен. Хотя остальные произведения ничуть не слабее. Взять, к примеру, ту же "California Jam". Или космический квази-триллер "Anus of Uranus" (один титул чего стоит!). Про-битловская "Sub-Rosa Subway" явно намекает на "Red Rose Speedway" дражайшего Пола МакКартни. "True Life Hero" с ее чеканной гитарной риффовкой воспринимается своеобразной пародией на Deep Purple, тогда как "Doctor Marvello" решена в ключе маленькой обкуренной оперетты. Любителей ролевых игр и цветочных водевилей наверняка порадует арт-кунштюк "Sir Bodsworth Rugglesby III", а непоседливых естествоиспытателей ожидает симфонический кибер-вояж к поверхности солнца ("Little Neutrino").
В вышедшей годом позже концепт-истории "Hope" наши герои вторглись на территорию рок-оперы. Эмоциональный спектр здесь многолик: от беззаботного, абсолютно ленноновского вступления "We're off You Know" фокус смещается в сторону хард-рока ("Madman"). После на авансцену выползает эффектное психоделическое чудовище ("Around the Universe in Eighty Days"), спасением от которого служит откровенная "подводная желтолодочная ливерпульщина" ("Long Live Politzania"). Хорально-оркестровым экспериментам уделяется место в контексте чудаковатого опуса "The Loneliest of Creatures". Дилогия "Prelude/So Said the Lighthouse Keeper" уравновешивает вокальный пафос атмосферным клавишным лиризмом. "Hope", стартуя с бардовско-шарманных интонаций, обрастает мощным полифоническим аранжементом. Венчает спектакль 50-секундная "Coda" - эдакий покаянный росчерк в собственной несерьезности.
Резюмирую: кем вдохновлялись Klaatu и чьим методикам следовали - вопрос, на мой взгляд, третьестепенный. Главное, что инициированная ими затея вылилась в синтетический рок-театр, претендующий на гордое звание классики. И, право слово, оснований для этого предостаточно.