28 дек. 2010 г.

SFF "Sunburst" (1977)

Второй по счету альбом тевтонского пауэр-трио Schicke, Führs & Fröhling. Более разноплановый в сравнении с дебютом. Симфоническая составляющая материала обрела некоторую прозрачность, пропустив на передний план игровые маневры в русле прогрессивного джаз-рока. В достаточной мере усложнились композиционные схемы, да и подход к сочинительскому процессу кардинально видоизменился. Если прежде участники SFF с типично немецкой обстоятельностью обсуждали все идейные перипетии и каждый саунд-нюанс в отдельности, то при создании "Sunburst" господа Шицке, Фюрс и Фрёлинг решили оттолкнуться от импровизации. Собственно, семь треков программы и есть результат таких вот предварительных инструментальных фри-джемов; триумф спонтанности над холодным расчетом. Возросшая комплексность звуковых структур потребовала иной расстановки сил. Ранее бравые германцы предпочитали обходиться без студийных наложений, оставляя за собой возможность адекватного исполнения произведений в условиях концерта. Однако в случае с "Sunburst" оно не сработало. Посему в помощь троице продюсер/звукорежиссер Дитер Диркс отрядил басиста Эдуарда Брумунда-Рютера, разгрузив таким образом Хайнца Фрёлинга, отныне сосредоточившегося на гитаре и дополнительных клавишных партиях.
Вступительный энергичный номер "Wizzard" - демонстрация отточенного мастерства и прекрасной групповой слаженности. Захватывающий, насыщенный деталями фьюжн местами ассоциируется с грядущими достижениями британцев UK (в первую очередь это относится к ломаному ритмическому рисунку и гитарному почерку маэстро Хайнца, блеснувшего здесь весьма нетривиальными соло). В фигурном этюде "Autumn Sun in Cold Water" ребята из SFF главенствующую роль отвели атмосферной электронике, тем самым подспудно обозначив близость к краут-движению. Лишнее подтверждение этому - солярная медитация "Artificial Energy", порождающая мысль о преемственности традиций Tangerine Dream и Клауса Шульце. На просторах затейливой пьесы "Driftin'" царят мотивы классического арт-рока, подернутые псевдоэтническим флером, да вдобавок преподнесенные в не шибко серьезном ключе. Одна из самых необычных позиций на диске – "Troja", удивительным образом сочетающая в себе заковыристость стиля фьюжн с эпическим батальным размахом. Стоит также отметить хитроумный эффект ревербации, обуславливающий оригинальное звучание ритм-секции. В контексте эпизода "158" изобретательные потомки бюргеров сталкивают лбами изящную джазовую камерность с буйной спорадической россыпью ударных. Заключительный боевик "Explorer" - бальзам на душу поклонников позитивно заряженного симфо-прога с развернутыми клавишно-гитарными дуэлями.
Подытожим: до крайности колоритное, богатое на микросюрпризы полотно, заслуживающее самого пристального внимания. Рекомендую.

26 дек. 2010 г.

Guapo "Black Oni" (2005)

"Black Oni" - очередной внушительный шаг англичан Guapo на пути к созданию новой мифологии. Как и в случае с альбомом "Five Suns" (2004), участники трио отказываются прояснять детали концепции. В буклете по этому поводу - ни строчки. Что до самой программы, то она заявлена в виде полноценной инструментальной сюиты, поделенной на пять частей.
Музыкальная ткань "Black Oni" сродни внешнему оформлению диска: "дремучее" во всех смыслах произведение, не поддающееся прямой расшифровке. Складывается впечатление, будто британские сорвиголовы нарочно строят козни слушателю, по ходу действия то озадачивая невероятными композиционными маневрами, то испытывая терпение меломана на прочность. Так, начало акта знаменуется двухминутным измывательством над аудиторией: фуззово-электронные игрища Дэниела О'Салливана (клавишные, гитара, эффекты) напоминают рев несущегося по взлетной полосе бомбера, и лишь по истечении 120 напряженно-нервных секунд действие конкретизируется убойным хэви-проговым джемом. Развернутые звуковые картины "Movement II" - торжество авангардного прогрессив-рока: напористые маршевые структуры сопровождаются "закольцованными" аккордами Fender Rhodes piano; рявкающий бас и дисторшированная гитарная подача Мэтта Томпсона вступают в неравный диалог с благообразными представителями прошлого - вальяжным гармониумом и едва различимым меллотроном; предельно закрученный трек с демонстративно-хаотичным уводом в финале. Добрую половину секции № 3 занимает минималистичный фортепианный наигрыш а ля Филип Гласс, после кульминационного перелома становящийся незаметным элементом забористого коктейля из чеканных брейков барабанщика Дэйва Смита и ершистых наэлектризованных риффов. Атакующего свойства жестокий роковый "чес" подмывается непринужденными джазовыми обертонами и сумбурно-техноидными синтезаторными секвенциями. "Black Oni IV" характеризуется отрывом от грешных земных реалий с последующим полетом в глубины расширяющегося темного жерла неведомой галактики: почти шесть минут тотальных клавишных саундскейп-опытов без привлечения струнного инструментария и ритм-секции. Но уж в заключительном сегменте "Black Oni V" отвязные рок-мичуринцы берут свое, задавая жару на всю катушку. Развитие этой центростремительной пьесы протекает по крайне любопытныму сценарию: взятый с места бешеный галоп на стартовой стадии понемногу трансфомируется в торжественно-мрачную меллотроновую драматику, оттеняемую дробной поступью ударных; к середине эпика темп понижается по максимуму, зато общая тенденция к "зловещности" от этого становится более выпуклой, непомерно разрастаясь под занавес...
Резюмирую: довольно-таки увлекательный и динамичный экскурс в заповедные для многих области жанра R.I.O., осуществленный талантливейшими мастерами своего дела. Советую ознакомиться.

24 дек. 2010 г.

Lunatic Soul "II" (2010)

Музыка, свободная от ярлыков. Бездна чужих откровений, поглощающая тебя без остатка... Здесь нет грешащих банальностью измышлений, нет шаблонных словесных формул и категоричных ответов. В наличии одно - "гордиев узел" туго переплетенных эмоций, разрубить который пытается лирический герой Мариуша Дуды.
Создание собственной звуковой реальности - процесс занимательный, отчасти мучительный и далеко не всегда успешный. Однако фронтмену польских прог-рокеров Riverside удалось-таки проторить свой уникальный путь в искусстве. Второй альбом проекта Lunatic Soul - ярчайшее тому подтверждение. Состав участников немногочисленен: Дуда (вокал, акустическая гитара, бас, клавишные, перкуссия), Мацей Шеленбаум (флейта, пиано, струнные, клавишные, электронные эффекты) и монструозный ударник из Indukti Вавржинец Драмович. Девять перетекающих друг в дружку треков образуют художественно-психологическую концепцию, сконструированную предельно любопытно. Центральный персонаж повествования во многом позаимствован из готовых структуралистских выкладок тех же Riverside. Это субъект на грани отчания, запутавшийся в чувствах, подверженный фатализму и теряющий последнюю нить надежды на перемену участи. ("All to soon the life was over / And in my sunset days / Without love / With no friends / I couldn't let you come and take my soul" - композиция "Transition"). Лейтмотив программы - грядущий духовный Апокалипсис. "Техногенный бард" Мариуш выступает в роли певца гибнущей урбанистической цивилизации. Идиллические картины голубых небес с золотыми городами абсолютны чужды авторскому сознанию Дуды. Его ментальные пейзажи холодны, серы, заполнены безликими бетонными коробками зданий, населяемых не ведающими, что творят, людьми. Гнетущая действительность разъедает внутренний мир художника, отсюда ощущение мизерабельности существования, текстуально выражаемое в обилии глаголов с частицей "не": "I don't feel", "I won't go", "I can't go" и т. д. Музыкальное оформление для подобных идейных схем, на мой взгляд, выбрано идеально. Развитие лаконично-отстраненных инструментальных планов в ряде случаев основывается на принципах саундскейп-минимализма, по-особому толкуемых мастермайндом. Мозаика нового магнум-опуса LS заключает в себе мелодичный эмбиент-мадригал ("Otherwere"); этнически подкрашенную балладу, уверенно скрещенную с жесткими industrial-сегментами (дилогия "Suspended In Whiteness"); полуакустический альтерно-прог ("Asoulum"); меланхоличный этюд opeth'о-уилсоновского звена ("Gravestone Hill") и многое другое. Заключительный акт драмы под названием "Wanderings" сочинен Дудой на пару с Рафалом Буцжеком, отметившимся в данной вещи клавишно-луповыми партиями.
Резюмирую: блестящее продолжение удачного дебюта. Глубокий, искренний, сильный релиз, рекомендуемый в первую очередь поклонникам Riverside, Porcupine Tree и Anathema.

21 дек. 2010 г.

Alf Emil Eik "Joy & Breath of Eternity" (1979)

Новаторский по ряду параметров альбом "Tubular Bells" (1973) английского кудесника Майка Олдфилда для многих прозвучал откровением. Как выяснилось, и один в поле воин. Разумеется, если принять в расчет наличие разнообразных музыкальных талантов + соответствующую целям техническую базу. Норвежцу Эльфу Эмилу Эйку и того, и другого было не занимать. На излете семидесятых уникальный малый заперся в собственной студии, где вплотную приступил к созданию первой своей пластинки "Joy & Breath of Eternity". Концептуальный коллаж из нанесенных пунктиром христианских мотивов вкупе с натурфилософскими наблюдениями по завершении обрел черты преимущественно инструментального путешествия, реализованного на стыке жанров. Задействованный скандинавским многостаночником арсенал подручных средств оказался на редкость обширен. Но и распоряжался ими маэстро по-хозяйски обстоятельно, успешно заменяя собой полноценный коллектив из четырех-пяти человек. Его богатая фантазия и высочайшее исполнительское мастерство сделали бы честь любому амбициозному индивидуалисту. Впрочем, хватить крутиться вокруг да около. Ближе к теме.
Пространное, созерцательного свойства интро "Morning Glory" - своеобразная настройка слушателя на нужную волну восприятия; никакой конкретики, слоистая клавишно-слайдовая масса воздуха, эдакая антиэмоциональная саунд-зыбь. А вот далее происходит любопытная смена композиционного ракурса. Вопреки ожиданиям, господин Эйк благополучно увиливает от претензий на глубокомысленность и выдает ритмичный джаз-фанковый номер "Joy, Part I" с виртуозными басовыми фигурами, резвыми пробежками по клавиатуре Fender Rhodes пиано и прочими затейливыми меломанскими радостями. Экспериментального плана этюд "Joy, Part II" вносит в повествование элемент сумбура: нетипичный нойз-фьюжн, правда, без особых последствий. Пасторальность, лирика и почти что Yesовская "светоносность" наводняют певческую конструкцию "To You". Интересна также джаз-проговая пьеса "Crying", где искусственные меллотроновые хоралы дополняются прекрасным женским вокализом. В превосходном 7-минутном атмосферном опусе "Breath of Eternity" Эльф Эмил прекращает куражиться и попросту отводит душу, растворяясь в изысканной мелодике дыхания вечности. Тем, кто предпочитает погорячее, предназначается лихой боевик "Heart": в начальной фазе опуса взрывная фьюжн-энергия отпускается с поводка коварным мастермайндом, посвящающим оставшуюся часть оного дотошному гитарно-саксофонному препарированию сознания слушателя. "After All" - неожиданный разворот на 180 градусов, к вдохновенному балладному симфо-арту в лучших традициях жанра. А там на очереди и космический финал "After the End" с его вокодированными куплетами и широкими синтезаторными подкладками...
Резюмирую: достаточно оригинальный пример интеллектуального рок-искусства эпохи вызревающего панка. Советую ознакомиться.

19 дек. 2010 г.

Marco Antônio Araújo "Influências" (1982)

Гении, как правило, живут недолго. Бразильцу Марко Антонио Араужо фортуна отмерила всего лишь тридцать шесть лет. Но и за столь непозволительно малый срок замечательный артист успел сделать достаточно, чтобы со временем превратиться в легенду южноамериканского прогрессив-рока.
Сольный старт Араужо начал в ранге профессионала. К тому моменту в его активе значилась учеба в музыкальной школе при Государственном университете Рио де Жанейро, где Марко постигал искусство игры на классической гитаре и виолончели + последующая работа в симфоническом оркестре штата Минас Жераис. Однако тянуть лямку исполнителя чужих творений молодой человек не собирался вовсе. Ему отчаянно хотелось выступлений с собственным репертуаром. И едва подвернулся случай, насиженное место оркестранта было оставлено без сожаления. Марко же с братом Алехандре занялись активным поиском единомышленников. Вскоре таковые нашлись в лице группы с загадочным названием Mantra...
1982 год ознаменовался выходом дебютной пластинки нашего героя. "Influências" записывалась следующим составом: непосредственно маэстро - электро-, акустическая и слайд-гитары, перкуссия; Алехандре Араужо - гитары, перкуссия; Эдуардо Дельгадо - флейта; Антонио Виола - скрипка; Айвэн Корриа - бас-гитара; Марио Кастело - ударные. Абсолютно самобытный, сверхинтересный с позиций инструментовки релиз продемонстрировал, на что способен академический музыкант, обратившийся в рок-веру. Пролонгированные бессловесные полотна (от вокала Араужо отказался сознательно) "Influências" - это прежде всего живописная звуковая мозаика, замысловатый синтез разнопородных частиц. Уникальность авторского видения лидера особенно отчетливо проступает в развернутых пьесах наподобие "Panorâmica", где на равных сосуществуют культурные элементы европейского фольклора и местных этнических вкраплений с характерными перкуссионными эскападами, виртуозные партии электрогитары и не менее сложные флейтовые пассажи. Заглавный номер также демонстрирует гармоничное слияние крайностей: мажорный симфонизм и тончайшие акустические пасторали, ядреный гитарный блюз-рок и позитивная фолковая основа... Тематическая связка "Bailado" - "Abertura No 2" позволяет Марко, наряду с мастерски выстроенной полифонией, блеснуть и лирическими гранями (мотивные струнно-духовые диалоги во второй части "абертуры" буквально трогают за живое). Филармонически ориентированная "Cantares" очаровывает совершенством композиционных ходов, а финальный эпик "Folk Song" местами навевает воспоминания об артовых чудесах записных английских менестрелей Gryphon. Дополняют альбом два бонуса - сугубо камерный этюд "Entr' Act I & II" и завораживающий опус "Floydiana II", инспирированный флойдовским шедевром "Atom Heart Mother".
Резюмирую: великолепная, яркая и глубокая программа, открывшая серию успешных художественных опытов Марко Антонио Араужо. Рекомендую.

16 дек. 2010 г.

England "Garden Shed" [plus 2 bonus tracks] (1977)

Любопытный штрих: невзирая на британское гражданство большинства участников квартета, их знаменательная встреча случилась во Франции, куда в 1974 году члены лондонской молодежной коммуны, закадычные друзья Мартин Хендерсон (бас, вокал) и Роберт Уэбб (клавишные, вокал) решили отправиться на каникулы. Судьбе было угодно познакомить парней с гитаристом/вокалистом Фрэнком Холландом и ударником Джоди Лейчем (ex-Time). Итоговым результатом совместных джемов явилось возникновение команды с пафосным названием и весьма недолговечной историей. Но для всеобщей летописи прогрессивного рока отпущенного на долю England срока оказалось вполне достаточно.
Итак, "Garden Shed". Музыкальная палитра дебютного релиза четверки словно вобрала в себя то лучшее, что успели наработать ведущие симфо-проговые коллективы Туманного Альбиона. Развитие вступительной пьесы "Midnight Madness" движется по накатанным рельсам: характерные ритмические фигуры + немалая толика вокального артистизма, позаимствованные у Genesis; хоральные гармонии, напоминающие Yes; псевдоклассические синтезаторные интерлюдии. В совокупности - замечательная композиционная панорама, воспринимаемая, как минимум, с интересом. Короткая интродукция "All Alone" для голоса и фортепиано, косвенно отсылающая к золотым денькам Queen, предваряет масштабный эпик "Three Piece Suite". Тут-то наши герои и разворачиваются во всю ширь своих многогранных талантов. Сравнения с вышеупомянутыми грандами при прослушивании напрашиваются сами собой: темпоритмы явно переняты у Джона Андерсона и Kº; штурмующие призрачную меллотроновую цитадель плотные гитарные соло по степени выразительности способны поспорить с искусством звукоизвлечения маэстро Брайана Мэя. Из оригинального - фанковые басовые слэпы на аналоговом клавишном фоне вкупе с мелодическими линиями, присущими исключительно England. Прибавьте сюда помпезные певческие упражнения фальцетного плана во второй части сюиты и отменный полифонический саунд; красота да и только. Ударный этюд "Paraffinalea" - фактически калька все с тех же Genesis. Не отмечен печатью новаторства и следующий за ним элегический опус "Yellow". Впрочем, упрекать бойцов из England в бездумном копировании не хочется вовсе, поскольку апробированные первопроходцами приемы они с великим умением и ювелирной точностью примеряют к собственным авторским кондициям. Очередное тому доказательство - 16-минутная рапсодия "Poisoned Youth" с ее специфическим околотеатральным антуражем, мощным драматическим подтекстом и виртуозными игровыми ходами. Этой эталонной вещью завершается вкуснейший банкет под вывеской "Garden Shed". А приложением к нему служат бонус-темы: бессловесная арт-симфониетта "Nanagram" и записанная одним дублем "Three Piece Suite" в редакции 1976 года.
Резюмирую: хрестоматийный пример немеркнущего величия канонического английского прогрессив-рока. Пропускать не советую.

14 дек. 2010 г.

Höstsonaten "Springsong" (2001)

Третья по счету работа итальянцев Höstsonaten. С точки зрения композиции - наболее гармоничное их творение. Глава проекта, единоличный автор музыки Фабио Дзуффанти (бас, 12-струнная гитара) не стал без меры усложнять тематический ряд, сосредоточившись на эмоциональной составляющей материала. И в этом отношении лирические звуковые пейзажи "Springsong" получились в точности такими, какими задумывал их автор. Все девять пьес лонгплея избавлены от вокала. Здесь нет необходимости в словах, комментариях и заметках на полях. Все, что требуется от слушателя, отключиться от суеты и погрузиться в трепетный мир фантазии максимально одаренных артистов. Тем паче, речь идет о настоящих зубрах апеннинской прог-сцены, сплотившихся под началом Дзуффанти. Оглашу поименно: Франческа Бьяджини (флейта), Стефано Марелли (гитара), Эдмондо Романо (сопрано-саксофон, рекордер, французские рожки, вистлы), Агостино Макор (пиано, орган, меллотрон, синтезатор Муга), Роберто Виго (фортепиано, стринг-синтезатор), Борис Валле (пиано), Серджио Капуто (скрипка) и Фредерико Фолья (ударные, перкуссия).
...Сквозь аккуратную саунд-штриховку изысканно-камерной интродукции "In the Open Fields" пробиваются романтические всполохи грядущей весны. Фабио со товарищи деликатными мазками мастерски воспроизводят процесс робкого оживления природы после долгого морозного сна. Классический симфонический арт-рок ренессансного свойства проявлен тут во всей своей красе. В "Kemper/Springtheme" мелодия вступления обыгрывается при поддержке ритм-секции и подключении электрического инструментария. Особенно стоит отметить блистательные соло на вистлах благородного ветерана Эдмондо Романо (Eris Pluvia, The Ancient Veil) и не менее роскошные струнные пассажи маэстро Капуто. "Living Stone and 1st Reprise" сражает наповал своими безукоризненными фольклорно-менестрельскими мотивами, отменно сочетающимися с аналоговыми клавишными фонами. "She Sat Writing Letters on the Riverbank" - меланхолично-томный минималистичный этюд; в наличии лишь пиано, скрипка и... вкрапления сэмплов из шедеврального "Зеркала" Андрея Тарковского. Между тем, туманно-дождливое настроение означенной вещи исчезает восвояси, как только действие переходит во власть напористого фьюжн-трека "The Underwater and 2nd Reprise". И вновь пространная грусть зажигает вечерние огни на воображаемых мокрых аллеях в эмбиентобразной зарисовке "Lowtide". "The Wood is Alive with the Smell of the Rain" - подарок поклонникам необарочных пасторалей в прогрессив-фолковом ключе; чистое наслаждение для меломана-мечтателя. В хитроумной структуре "Evocation of Spring in a Fastdance" соединяются этнические малоазиатские влияния с джазовыми обертонами. И хотя финал этого короткого номера остается открытым, заскучать нам не дадут, поскольку послесловием служит 13-минутный эпик, скроенный из нескольких фактурных разностилевых эпизодов.
Итог: безукоризненно исполненная программа от одной из интереснейших команд современности. Настоятельно рекомендую.

12 дек. 2010 г.

Jackson Heights "The Fifth Avenue Bus" (1972)

В начале семидесятых формация Jackson Heights - детище басиста Ли Джексона (ex-The Nice) - являлась одной из главных надежд арт-рока. Не случайно дебютный альбом команды "King Progress" (1970) вышел на легендарном лейбле Charisma. Однако в дальнейшем амбициозный Джексон подпортил отношения с главой компании Тони Стрэттон-Смитом и переметнулся под крыло мэйджора Philips Records, точнее, его прогрессивного филиала Vertigo. Здесь-то и состоялась новая программа JH "The Fifth Avenue Bus". Взявшийся самостоятельно продюсировать запись, Ли был категорически против увеличения штатного состава. Поэтому в период работы над пластинкой постоянными членами группы являлись трое: собственно Джексон (бас, вокал, акустическая гитара, конги, электровиолончель), Джон МакБёрни (гитары, вокал, перкуссия) и Брайан Четтон (пиано, орган, меллотрон, вокал). С ударными посильную помощь ребятам оказывал небезызвестный Майк Джайлз (Giles, Giles & Fripp, King Crimson), а партии фоно в нескольких пьесах отыграл близкий друг мастермайнда Лоури Райт.
В содержательном отношении лонгплей стал красноречивым опровержением слухов о насаждаемой в коллективе деспотии со стороны верховного лидера. Автором большинства композиций "The Fifth Avenue Bus" значился певец/гитарист МакБёрни. И данный факт напрямую влиял на стилистический характер релиза. Если старые поклонники The Nice ожидали масштабных симфо-выкладок и от Jackson Heights, то их подстерегало тотальное разочарование. Ибо музыка трио зиждилась на совершенно иных канонах. Мягкие акустические пасторали, многослойные вокальные гармонии, подчеркнутая мелодичность и никаких экспериментов по сращиванию рока с наследием Дворжака - Листа - Сибелиуса. Определенный налет "прогрессивности" поддерживается разве что искусными сменами ритмического рисунка. В остальном - мотивное фолковое кружево, сосуществующее на равных с ненапряжными арт-структурами. Разумеется, есть тут и своего рода "коронки", позволяющие молодым коллегам маститого Ли почувствовать себя бенефициантами. Так, импульсивный традиционалист Джон раскрывается в драйвовых номерах наподобие "Dog Got Bitten" или "Pastor Roger". Тонкий лирик Брайан, напротив, тяготеет к классицизму, и эта склонность вполне прослеживается в его клавишных пассажах, окаймляющих треки вроде "Autumn Brigade", "House in the Country" (своеобразный отклик на творчество Genesis) и др. При желании в фигурных узорах Jackson Heights можно усмотреть причудливый сплав душевно-элегических откровений Fantasy с праздничным духом Pilot. Но с одной немаловажной оговоркой: означенные бригады начнут сценическую деятельность чуть позже наших героев, так что о прямых влияниях речи нет.
Итог: весьма приятная работа. Рекомендуется в качестве отдохновения от концептуально-навороченных образчиков "большого стиля".

9 дек. 2010 г.

Aranis "II" (2007)

Музыка к воображаемому фильму. Именно так определяет суть второго лонгплея Aranis лидер бэнда Йорис Фанвинкенройе. Инструментальная раскладка камерного акустического ансамбля сохранена в прежнем виде: все те же скрипки, флейта, пиано, аккордеон, гитара и контрабас. Однако кое-что переменилось, например, подход к композиции. Лаконичность, емкость и мелодизм сумели одержать верх над авангардными жанристскими экзерсисами. Дальновидный тактик Йорис отказался от притязаний на эпическую заумь, и это, определенно, лишь пошло на пользу программе. Одиннадцать скромных по хронометражу треков составляют блистательную звуковую панораму, знакомство с которой (смею надеяться) доставит вам немало приятных мгновений. Четырехминутное интро "Kitano" - саунд-модель триллера в миниатюре со всеми вытекающими: нагнетание тревоги реализуется струнно-духовым путем, с ритмообразующими аккордами гитары, аккордеона и фортепиано. Фанвинкенройе и его команда мастерски плетут бессловесную инригу, дабы затем безжалостно прервать ее на полуфразе. Трагедийно-томительный мотив "Vala" расширяет эмоциональную гамму, уводя слушателя в иные плоскости, к новым вратам восприятия, помогающим адаптироваться в химерическом мире человеческих страстей. Выразительная пьеса "Looking Glass" максимально приближена к канонам арт-фолка с красочным симфоническим антуражем; совершенное по замыслу и воплощению произведение, настоящая жемчужина альбома. Сумрачные горизонты "эго" персонифицируются в пределах депрессивного номера "Gona". Гипотетический авант-квест "Walk in One's Sleep" также далек от проявлений жизнерадостности: ритмическую нагрузку на сей раз несут скрипки и фоно, тогда как остальной инструментарий функционирует в развернутом игровом режиме. Дивная фольклорная напевность фламандского типа наполняет чудесный этюд "Moja": правда, мажором тут и не пахнет, но внешний колорит этой вещи столь пленителен, что глаз (читай, ушей) не оторвать. Драматическая история "Waris" отмечена присутствием гостя - трубача Барта Мариса, обогащающего невеселое полифоническое повествование по-кошачьи "мяукающими" партиями. Несколько абсурдистское сочинение "Turbulentie" - антитеза солнечным балканским краскам киношлягеров Э. Кустурицы: точно все позитивные элементы, отвечающие за душевную гармонию, по прихоти злого гения одномоментно поменяли полярность, и вот уже сумасшедшая карусель наращивает круг за кругом, усиливая чувство внутреннего разлада с самим собой. Выполненное в академическом ключе мозаичное полотно "Trog" - традиционный презент от приятеля маэстро Фанвинкенройе, Петера Вердоника; примеряясь с позиций комплексности и сложности конструкции, можно констатировать: данный шедевр авторской мысли хоть и контрастирует с творениями Йориса, в контексте пластинки смотрится очень даже выгодно. За что честь и хвала обоим. После такого и мнимая несерьезность напористого этюда "Lovey-Dovey" идет "на ура". Венчает же действо взывной финал "Mythra" - мощный росчерк не ведающих сомнений профессионалов.
Резюмирую: шикарный подарок от молодых бельгийских уникумов. Рекомендую.

7 дек. 2010 г.

SFF "Symphonic Pictures" (1976)

Одна из серьезнейших единиц европейского прогрессива второй половины 1970-х. Инструментальное трио SFF (аббревиатура в названии ансамбля - производная от фамилий участников: Eduard Schicke – drums & percussion, Gerhard Führs – keyboards, Heinz Fröhling – guitars, bass & keyboards) образовалось в 1975 г. на осколках немецкой симфо-артовой команды Spektakel. С сыгранностью и жанровыми предпочтениями у членов SFF особых проблем/разногласий не возникло, а потому дело моментально заспорилось. С фантастической скоростью был сочинен материал для лонгплея. Однако, прежде чем отправиться в студию, бравая троица решила "обкатать" номера "живьем". Публика с восторгом приняла группу (документальное свидетельство - концерт "Live 1975", изданный на CD в 2002 году). И, удовлетворенные реакцией аудитории, новоиспеченные герои решили вплотную заняться пластинкой.
Дебютный релиз SFF "Symphonic Pictures" (1976), продюсером которого выступил легендарный Дитер Диркс, представил слушателю весьма закрученную смесь из эпического симфо-рока и залихватского фьюжн с некоторым влиянием космической краут-психоделии. В колоритной интродукции "Tao" чудесным манером соединились элементы классицизма, проявления игровой арт-стилистики и созерцательная натурфилософская картина мира, корнями уходящая в традиционный китайский символизм. Небольшой этюд "Solution" целиком базируется на клавишных: меллотрон, синтезаторы, электропиано работают в ровном, преимущественно медитативном режиме, погружая слушателя в состояние расслабленности. Но далее наступает резвое пробуждение под знаком прогрессивного боевика "Dialog": коварный, изменчивый ритм; контрастные переходы от ступенчатой фьюжн-раскладки к интригующим эпизодам устрашающе-"темного" свойства (нечто тематически схожее воспроизведут годом позже швейцарцы Island)... Крайне любопытная пьеса, обладающая чрезвычайно хитроумной текстурой. Интерлюдия "Sundrops" демонстрирует, что и в сфере "чистой" электроники SFF при желании способны утереть носы артистам любого калибра из соответствующего лагеря. Впрочем, все вышеозначенное, невзирая на комплексность, занимательность и яркость, - лишь долгая прелюдия к главному блюду программы. Прибереженный на финал шестнадцатиминутный магнум-опус "Pictures" - подлинное лакомство для взыскательного саунд-гурмана. Построенный по канонам циклической сонатной формы, этот колоссальный шедевр претворен в реальность с недюжинной фантазией, силой и красочностью. Мрачнейшие "кримзонизмы" в прологе легко перетекают в затейливый джаз-рок, далее органично трансформируются в причудливое спейс-болеро, наводняются фортепианной нью-эйджевой прозрачностью, чтобы под занавес вновь припасть к хаотическим вселенским истокам...
Резюмирую: блистательная вершина тевтонского прог-рока классической эры и наиболее впечатляющее творческое достижение собственно SFF. A must have для коллекции каждого меломана.

5 дек. 2010 г.

Piirpauke "Koli" (2010)

Итак, круг замкнулся. Пионеры скандинавского фолк-фьюжн жанра вернулись к корням. Всласть наэкспериментировавшись с музыкой народов планеты, переиграв вариации на известные темы Моцарта, Дворжака, Равеля, Шостаковича, Бартока и прочих симфо-классиков, герои сцены обратились к истокам - родным финским напевам. Естественно, не в чистом виде. Все-таки бригада под руководством бессменного лидера Сакари Кукко (саксофон, флейта, фортепиано) в основном состоит из джазменов. Отсюда своеобразный подход к проникновенной мелодике приозерных северных областей. На сегодняшний день в рядах Piirpauke числятся гитарист Юкка Орма, перкуссионист Исмаила Сейн, контрабасист Ээрик Сиикасаари и ударник Рами Эскелайнен. И, как показывает свежая программа ансамбля, данному конгломерату по плечу выполнение любых сверхзадач.
Интроспективный этюд "Blue Alma" вводит слушателя в меланхоличный мир композитора Тойво Тимотеуса Куулы (1883 - 1918). Именно из его оркестрового цикла "Остроботнийские танцы" позаимствована событийная канва вступительного номера, в итоге превращенная в изумительную арт-зарисовку с поочередно солирующими партиями сакса и электрогитары. Оригинальная плясовая "Paimenen polska" зиждется на головокружительных флейтовых антраша маэстро Кукко, подкрепленных перкуссионно-акустическими изысками: вне всякого сомнения, это один из наиболее ярких треков в объемном творческом багаже Piirpauke. "Kaustinen–Dakar" являет нам абсолютно безумный альянс: лапландские сельские наигрыши по воле затейника Сакари сращены здесь с сенегальской стилистикой "мбалакс". "Romance", в оригинале принадлежащий перу П.И. Чайковского, - единственное произведение в контексте альбома, не относящееся напрямую к истории Суоми. Однако хитроумный Кукко объясняет включение романса в содержимое пластинки обстоятельством крепости финно-российских культурных связей. Да, и положа руку на сердце, светлый щемящий мотив Петра Ильича (пусть даже в сильно переосмысленной версии) отлично вписался в инструментальное пространство "Koli". Торжественно-восторженная "Musette" (как и несколько последующих сочинений - "Rondino", "Romanssi", "Ainola Festivo", "Valse Triste") - дань памяти мощному гению Яна Сибелиуса (1865 - 1957). Вероятно, сам мэтр немало удивился бы, разглядев под слоем джаз-роковых аранжировок собственные, окрашенные в национальный колорит опусы, но подобные упражнения вполне имеют право на жизнь. Особенно, если переложение выполнено с должной степенью почтения к автору первоисточника. Песенные традиции восточных карелов отражены в завораживающей узорным фольклорным орнаментом пролонгированной пьесе "Lo-Hi". Цепким драйвом пронизана заводная вещица "Pippuripolska". Замыкающая искрометный музпарад "Konstan Parempi Valssi" (фьюжн-парафраз деревенского вальса, популярного у тамошней аудитории в начале семидесятых годов двадцатого века) также под стать предшественнице.
Резюмирую: великолепный релиз от нестареющих душой ветеранов, сопоставимый с их лучшими работами прошлых лет. Очень рекомендую.

4 дек. 2010 г.

Aranis "Aranis" (2005)

Если задаться целью и провести умозрительный жанрово-статистический анализ, вскроется прелюбопытная деталь: территориально скромная Бельгия - основной "поставщик" коллективов, копающих в авант-роковом направлении. Причем, обойма таких артистов выглядит в высшей степени солидно: корифеи RIO-цеха - Univers Zero, Julverne, Cro Magnon, Finnegans Wake... список можно продолжить. В начале нового тысячелетия у старших "товарищей по партии" появились достойные воспреемники. Знакомьтесь. Молодая, перспективная и весьма талантливая команда Aranis. Инструментальный арсенал формации имеет подчеркнуто акустический характер: скрипки, аккордеон, гитара, поперечная флейта, фортепиано, контрабас. Ничего удивительного в таком подборе нет, ибо участники Aranis - музыканты с консерваторским образованием. Собственное творчество ребята позиционируют как искусство противоречий, несущее в равных долях "темное и светлое, прекрасное и жуткое, простое и сложное". А самобытность звуковых фактур, в свою очередь, определяется гибкостью композиционного мышления автора репертуара - контрабасиста Йориса Фанвинкенройе. Именно его уникальный сочинительский метод позволил безболезненно сплавить в едином котле необузданную энергию рока с академическими изысками, в частности почерпнутыми из наследия классика бельгийской камерной музыки, органиста Жозефа Йонгена (1873 - 1953). Ну-с, теперь немного поговорим о первом альбоме Aranis.
Стихийное вступление "Indrigo" в полной мере демонстрирует пресловутую гармонию крайностей: спонтанные вспышки страсти/ярости струнно-флейтово-фортепианных пассажей уравновешиваются стройным ритмическим фундаментом, от чего шестиминутное повествование превращается в сплошную саунд-авантюру. Драматический этюд "Jona" - произведение для Aranis в какой-то степени знаковое, тяготеющее к образной красоте и рефлективным метаниям; налицо ярко выраженный "кинематографический" подтекст пьесы. Живописнейший номер "Vuur" - единственный трек на диске, не принадлежащий перу Фанвинкенройе. Написанный человеком со стороны - композитором Петером Вердоником, он, тем не менее, помогает членам бэнда по максимуму блеснуть исполнительскими способностями и одарить слушателя насыщенными эмоциональными партиями. В мрачноватой фреске "Yosu" проклевываются вокальные эпизоды (поют флейтистка Яна Аарнс и скрипачка Линде де Груф), искусно срежиссированные лидером Йорисом; правда, в оставшейся части программы данная тенденция более поддерживаться не будет (за исключением разве что ударного 15-минутного эпика "Zilezi", где под занавес проявляется голос приглашенного скрипача Эдвина Фанвинкенройе, родного брата мастермайнда Aranis). Дальнейшее тематическое развитие принципиальных изменений не претерпевает: все тот же колоритный коктейль из бурного авант-прога, мелодических нью-эйджевых вставок, драйвовых фламандских эскапад а ля Flairck и многого другого.
Заключение: интереснейший дебют оригинального ансамбля, который я настоятельно рекомендую каждому меломану.

1 дек. 2010 г.

Attila Kollár "Musical Witchcraft" (1998)

Для меломанов из международного арт-лагеря имя Аттилы Коллара неразрывно связано с творчеством группы Solaris. Однако те из вас, кто внимательно следят за деятельностью участников легендарного состава, знают, что в 1998 г. великолепный венгерский рок-флейтист разродился собственным сольным дебютом. Момент был выбран удачно: нечасто балующие фэнов пластинками Solaris выпустили концептуальный симфо-опус "Nostradamus - Book of Prophecies", тем самым побудив журналистскую братию взяться за оформление рецензий. А чуть погодя со своим проектом подоспел и Аттила...
К "Музыкальному колдовству" маэстро Коллара приложили руки коллеги по основной банде - клавишник Роберт Эрдеш, гитарист Касаба Богдан и басист Габор Касабо. В штат также оказались зачислены и другие инструменталисты + мини-хор из трех певцов. Привыкший к внушительным эпическим актам, Аттила и на сей раз не изменил себе. Программа открывается 19-минутной сюитой "Musical Witchcraft", для удобства восприятия разбитой на четыре части. В формальном отношении маститый ветеран восточноевропейской прог-сцены продемонстрировал стойкую приверженность традициям: композиционная ткань вступления во многом скроена по канонам классического фолк-арт-рока. Палитра украшена саундом духовых - флейты, вистла, рекордера, оттеняемых акустическими гитарными арпеджио и ударами по тамбурину. Другими словами, налицо обращение к антуражу средневековья. Впрочем, элемент пасторальности здесь не более чем маскировка. Уже во второй фазе номера мы имеем коллекцию остро отточенных риффов, на электрическом фоне которых то грацизно кружатся, то драйвово приплясывают выразительные флейтовые фигуры. Не перегибая палку с боевыми настроениями, мастермайнд плавно подводит слушателя к проникновенной элегической мелодике, тесно соприкасающейся в заключительном сегменте с необарочным вариантом шквалистого симфонического рока. Довольно любопытны многоликие грани последующего этюда "Music from the Spheres", чье пространство объемлет широкий спектр эмоций - от электро-эмбиент-флексий до плясовой. Изобретательная "Boleriade" - затейливый союз заземленно-дисторшированных шестиструнных пассажей с парящими в вышине вдохновенными партиями Коллара. Старинный аромат эпохи Ренессанса питает изысканно-витиеватую в плане аранжировочной структуры зарисовку "Morning Dance in the Garden of Chenonceau Castle". И полнейшим ее антиподом выступает непредсказуемый по характеру прогрессивный фолк-фьюжн "Silent Man's Prayer". Зато нашпигованная смешанными хоралами финальная фреска "Alchemy" - это фактически парафраз отдельных мотивов из вышеозначенного "Нострадамуса". Но, учитывая лидерские позиции Аттилы и в контексте деятельности Solaris, удивляться тут особо нечему.
Резюмирую: прекрасный подарок для любителей симфо-арта с уклоном в фольклорно-медиевальную плоскость. Очень рекомендую.

28 нояб. 2010 г.

The Pineapple Thief "10 Stories Down" (2005)

TPT - из тех команд, от которых никогда не знаешь, чего ждать. Противоречивая личность Брюса Сурда (гитара, клавишные, вокал), отца-основателя и главного композитора формации, буквально соткана из крайностей. А потому и материал пластинок частенько тяготеет к эклектике: с одной стороны, отдающий альтернативой песеннориентированный рок, с другой - роскошные мелодические арт-прозрения (как в случае с диском "What We Have Sown"). В очередном альбоме "10 Stories Down" Брюс со товарищи попытался нащупать баланс меж собственными биполярными пристрастиями. И результат подобного эксперимента, с моей точки зрения, оказался совсем недурен (хотя многие поклонники считают иначе).
Синтез напористых гитарных риффов и громогласных действий ритм-секции с меланхолическими откровениями фронтмена красной нитью пересекает звуковое поле "10 Stories Down". Такого рода экзерсисам западные критики обычно присваивают устоявшийся, но немного бестолковый ярлык "crossover prog". Не избежали сей участи и The Pineapple Thief. Впрочем, квалифицировать их музыку в каких-либо терминах проблематично. Вводный этюд "Prey For Me" агрессивен и созерцателен одномоментно. Если поискать аналогии, ближайшими сородичами TPT окажутся сверхуспешные Porcupine Tree, в современной своей ипостаси исповедующие схожий подход. Балладного типа пьеса "Clapham", написанная Брюсом совместно с гитаристом Уэйном Хиггинсом и басистом Джоном Сайксом, хранит минорную интонацию на протяжении всего трека: незамысловатые акустические аккорды, меллотроновые "бэки" + уместная симфоническая нагрузка в совокупности замечательно транслируют чувство потери и обреченности, которым пронизан текст песни. "Wretched Soul" - пример модернистского рок-творчества а ля Radiohead с характерными эффектами вокодирования и прочими искажениями саунда (кстати, в плане тембрально-эмоциональной окраски вокал Брюса Сурда практически идентичен оному у Тома Йорка). Семиминутная "The World I Always Dreamed Of" в основе содержит простой гитарный наигрыш. И лишь оркестровая аранжировка, содеянная при непосредственном участии струнного ансамбля Ричарда Ханта, придает ей определенный вес. Камерная элегия "Start Your Descent" - вероятно, наиболее стройное и выразительное сочинение программы; сращенные как надо элементы на выходе образуют проникновенно-мотивную звуковую панораму эталонного свойства. Насквозь электрическая "My Own Oblivion" являет нам типичный образчик альтерно-прога, форматно и кондиционно вписывающийся в мэйнстрим-сетку. После него особенно приятно насладиться сугубо арт-роковой лиричностью в "It's Just You and Me". Легкая психоделическая мечтательность сопровождает номер "The Answers", продолженный конгениальным отдельным "рэдиохедовским" вещам произведением "From Where You're Standing". Что касается эпического двухчастного финала "Light Up Your Eyes", то в нем схема алхимического слияния разношерстных составляющих воплощается максимально ярко.
Вердикт: очень неплохой релиз, годящийся для начального знакомства с коллективом.

25 нояб. 2010 г.

Banco "...di Terra" (1978)

Спустя почти десятилетие со времени своего основания итальянские симфо-прогеры Banco Del Mutuo Soccorso (в упрощенном варианте - Banco) пришли к однозначному выводу: настала пора меняться. Первой ласточкой, наметившей трансформацию прежнего курса, явилась пластинка "Garofano Rosso" (1976) - масштабный саундтрек к одноименному фильму. В структуре сложносочиненного материала не осталось места для вокальных партий фронтмена-тяжеловеса Франческо Ди Джакомо. Преданных поклонников группы такой поворот дела, разумеется, насторожил; правда, в данном случае все объяснялось специфическими особенностями сотворения звуковых дорожек к кинолентам. Однако вряд ли кто предполагал, что "нехорошая" тенденция разовьется в дальнейшем. Новая студийная работа кумиров арт-роковой аудитории - "...di Terra" - оказалась не только сугубо инструментальной, но еще и максимально приближенной к территориям классической музыки. Родоначальники коллектива, клавишники братья Ноченци (Джанни и Витторио) внезапно почувствовали вкус к написанию замысловатых опусов академического толка. И столь неожиданный для широкой публики порыв послужил толчком к воплощению альбома "...di Terra". В помощь ансамблистам (а это, помимо синьоров Ноченци, гитарист/тромбонист Рудольфо Мальтезе, басист Ренато д'Анджело и ударник Пьерлуиджи Кальдероне) были рекрутированы известный сессионный флейтист/саксофонист Алан Кинг и большой сводный оркестр из Рима, дирижировать которым вызвался маэстро Витторио.
Комплексное вступление "Nel Cielo E Nelle Altre Cose Mute" красноречиво показывает серьезность амбиций ведущих композиторов Banco: неспешная пятиминутная (исключительно оркестровая) увертюра, оформленная в традициях филармонических жанров, покоряет благородной статью и плотной прорисовкой полифонической фактуры. "Terramadre" - головоломный реверанс в сторону авангарда: атональные "сдвиги" клавишных, бравурные вкрапления духовых, шальная ритмика и вычурные игры с темпом, словно участники затрудняются выбрать из двух пунктов (presto | largo) необходимый. Вкрадчивая "Non Senza Dolore" постепенно склоняется от многосекционной напряженности к прозрачной синтезаторной медитативности - преддверию кульминационной драматической вспышки, настигающей слушателя в первоклассном этюде "Io Vivo" (так, вероятно, звучали бы Univers Zero, обратись они в чистокровную симфоническую веру). "Ne Piu Di un Albero Non Meno Di Una Stella" - миг просветления в хаосе слоящихся эмоций: легкокрылые пианиссимо, пасторальные обертоны флейты, ажурная вязь гитары... Впрочем, долгие лирические отступления противопоказаны горячим "итальяно", посему действо перетекает в фьюжн-русло и, чуть погодя, наводняется пафосными эскападами оркестра. Заглавный финальный номер - безусловная вершина программы, грандиозный альянс сосуществующих на равных академистов и рокеров; в экспрессивных фортепианных пассажах Джанни Ноченци чудится нечто неуловимо рахманиновское, да и общее впечатление от трека совершенно потрясающее...
Вердикт: блистательный акт музыкального искусства, достойный называться шедевром. Настоятельно рекомендую.

23 нояб. 2010 г.

Lüüp "Distress Signal Code" (2008)

Невзирая на наличие u-умляута в названии проекта, географические корни его далеки от северо-германских территорий. Lüüp - любимое детище греческого музыканта Стелиоса Ромалиадиса (р. 1981). Флейтист с классической школой, Стелиос не пожелал замыкаться в рамках симфонической традиции. А потому местом его приписки вскоре сделалась экспериментальная формация Yellow Elephant Ensemble. Обширные разножанровые опыты со временем подтолкнули молодого человека к мысли о создании конгломерата исполнителей, ценящих все новое и необычное + внутренне готовых к "высаживанию" разветвленных мегастилистических гибридов. Случай свел Ромалиадиса с певцами/мультиинструменталистами Лизой Айзексон (шведская команда Lisa O Piu) и Акисом Боятзисом (Sigmatropic). Когда же к трио единомышленников примкнули таинственная девушка-электронщик Magnitophono (урожденная Елени Адамопуло) да коллега Стелиоса по Yellow Elephant Ensemble Никос Фокас (меллотрон, синтезаторы), звуковой Олимп обогатился новой творческой кузницей со странным именем Lüüp...
Легший в основу пластинки материал являет собой фолк-эмбиент с прогрессивным уклоном. Интроспекция "Through Your Woods" с чарующим мистическим вокалом Лизы, ее же акустическими гитарными переборами, заунывными партиями флейты и сэмплерными вкраплениями духовых погружает слушателя в гипнотическую саунд-реальность, где даже всесильное время вынуждено замедлить неумолимый свой бег. Энигматика в чистом виде пронизывает небольшую пространно-меланхоличную пьесу "Faith in You" - сольный бенефис мастермайнда Lüüp, эдакий флейтовый саундскейп-минимализм. Трек "Water", оформленный в соавторстве с Боятзисом, зиждется как на характерных "расфокусированных" элементах, так и на прямолинейных ритмических структурах, унаследованных от пост-панка и new wave британского образца: весьма изобретательный этюд. Но наиболее "вкусное" блюдо ожидает мелогурмана на столике под четвертым номером: эпическая трехфазовая импровизация "Sketches for Two Puppets" - вдохновенный дуэт Ромалиадиса с легендарным саксофонистом/флейтистом Дэвидом Джексоном (Van der Graaf Generator), подлинное раздолье для полета фантазии (разумеется, в рамках заданной темы). Тончайшей акварелью наносится мелодический узор в подчеркнуто скандинавской атмосферной фреске "From Here": магия Лизы Айзексон возвращает из небытия фольклорные нордические образы духов лесов и озер. Титульная девятиминутка - очередной пример плодотворного спонтанного альянса Дэвида и Стелиоса: демонстрация поразительного взаимопонимания меж людьми абсолютно разных стран и поколений. В остальной части релиза композиционные схемы принципиальных изменений не претерпевают, разве что возрастает удельная доля эмбиента...
Резюмирую: на удивление зрелый, профессионально скроенный дебют, не поддающийся четким сопоставлениям. Очень советую ознакомиться, хотя бы для общего интеллектуального развития.

21 нояб. 2010 г.

El Shalom "Frost" (1976)

Сухие факты: возникли в 1970 г. Распались десять лет спустя. Итог творческой деятельности - лонгплей "Frost"...
Однако и с единственным альбомом место в истории мирового прог-рока этим немцам было обеспечено. За первую пятилетку совместной работы ребята проделали большой путь от любительского состава местечкового значения до умудренных опытом музыкантов, определившихся с целями и средствами. В стилистическом отношении группа росла как на дрожжах: ритм-н-блюзовые стандарты сменились замысловатыми рок-конструкциями, корнями уходящими в классическое наследие прошлого. Кстати, своими симфоническими изысками El Shalom обязаны органисту Йоахиму "Барни" Брандсу - исполнителю с профильным образованием. В ряды ансамбля он был принят последним, но именно его клавишные текстуры существенно обогатили палитру, позволив квинтету из городка Рейнхаузен продвинуться на новый уровень. Теперь немного о самой пластинке.
Идущий первым номером "Der Werbegnom" - бодрячковый этюд, выдержанный в неослабевающем заводном ритме электрической плясовой с рефренным припевом эстрадного свойства. Несерьезность его воспринималась бы вызывающей, кабы не игра маэстро Брандса, умелыми органными мазками оттеняющего безумную прыть коллег. Полной противоположностью предшествующему опусу выглядит сказочная пьеса "Princess June". От хмельного балагурства не осталось и следа. Вместо этого - в высшей степени привлекательный англоязычный фэнтези-прог с внушительным меллотроновым бэкграундом, элегической атмосферой и достаточно тонкой мелодической выделкой. "Kreislaufkollaps" - продукт синтеза бравурных хард-риффов с арт-полифонией и блюз-роковой мечтательностью. Частые смены композиционного рисунка, любопытные тональные переходы, смешанная билингвальная лирика... Как минимум, нескучное слушище. Мрачновато-пафосный боевик "Alvin Zweistein" являет нам эпическую сторону El Shalom. И пожалуй, именно здесь парни достигают апогея собственных возможностей: выразительная гитарно-клавишная раскладка, тщательно продуманная линия развития темы + крохотные цитаты из флойдовской "Echoes", органично вплетенные в общую ткань. Титульное произведение "Frost" подкрашено флейтовыми обертонами Карлхайнца Шмитца, действующего в тесном партнерстве с умельцем Йоахимом. Восемь минут замечательного акта протекают в совершенно разнообразных плоскостях - от балладного балтийского минора до бурных энергетических эпизодов с почти что талловскими эскападами духовых. Хороша позитивная вещица "Birthday Song", великолепно воссоздающая светлый праздничный дух. Финальный же экзерсис под названием "Leipzig" скроен по канонам британских протопрогрессивных агрегатов, с поправкой на фолковый колорит земли Северный Рейн - Вестфалия. Издание доукомплектовано четырьмя бонусами, три из которых свидетельствуют о горячей любви тевтонских героев к блюзу.
Резюмирую: вполне добротный симфо-артовый релиз - без претензий на монтументализм и виртуозность, зато с энтузиазмом и вдохновением воплощенный. А это тоже дорогого стоит.

18 нояб. 2010 г.

Deluge Grander "The Form of the Good" (2009)

После своего лихого дебюта "August in the Urals" (2006) американцы Deluge Grander моментально оказались в поле зрения почитателей интеллектуального рока. Как следствие, электронный почтовый ящик коллектива заполонили приглашения на прог-фесты, а "верховного главнокомандующего" DG, органиста Дэна Бриттона буквально разрывали на части многочисленные интервьюеры. Удовлетворив по возможности аппетиты страждущих, великолепная четверка музыкантов собралась на "военный совет" для обсуждения дальнейшей стратегии. В итоге постановили не выпячивать сверх меры свои недюжинные исполнительские способности (благо, "первенец" и без того усеян виртуозными игровыми моментами), а сосредоточиться непосредственно на искусстве композиции. Решение мудрое, и результат в виде альбома "The Form of the Good" лишь подтвердил его правильность.
Интродукция "Before the Common Era" задает тон всему материалу релиза. Если верить комментарию Бриттона, это самая короткая (5.22) пьеса в истории DG. Но кого волнует хронометраж, когда речь идет о качестве? Для беспокойства, впрочем, поводов нет. Квартету из Балтимора по плечу любые задачи: будь то до предела навороченный прогрессив, или рефлективный симфонический вояж (как в данном случае) к сакральным истокам прапамяти. Винтажный кудесник Дэн проявил себя истинным мелодистом: органно-меллотроновые партии гармонично соединяются с хоралами, оформленными за несколько лет до означенных событий стариной Фрэнком - дядей басиста Бретта д'Аннона, а также сливаются в очаровательном альянсе с пассажами Натана Бонтрадже (виолончель) и Хизер МакАртур (скрипка). Оркестровым размахом отличается эпик "The Tree Factory", в котором соавторами наряду с единоличником Бриттоном выступают гитарист Дэйв Берггрен и ударник Патрик Гаффни. Комплексные выверты сюиты отнюдь не помеха мотивности: тождество элементов сохраняется на протяжении четырнадцати минут, да и сама инструментальная расстановка сил досконально продумана зачинщиками мероприятия: есть и разнокалиберные клавишные, и фьюжн-соло гитары, и мощная поддержка приглашенных духовиков во главе с Брайаном Фальковски (кларнет, флейта, саксофон). "Common Era Caveman" фрагментарно перекликается с вступлением, однако тут ракурс напрямую определяется энергетикой, исходящей от ритм-секции. Ключевой эпизод программы - внушительное 19-минутное произведение "Aggrandizement", где Дэн со товарищи попадают в распростертые объятия классики. Этот концерт для группы с оркестром - наиболее амбициозное творение питающего слабость к нестандартным полифоническим экспериментам Бриттона. Финальная роль отводится титульной вещи "The Form of the Good". Половина номера протекает под знаком нагнетания атмосферы (темные призрачные секвенции легионами бороздят саунд-пространство). Ну, а затем история свершает кульбит, дабы обернуться мажорно-пафосным эпилогом с торжествующими фанфарами, эдаким позитивистским хэппи-эндом в традициях старой школы.
Заключение: еще один чудесный диск от заштатных рок-чародеев. Для приверженцев симфо-прога - a must have. Да и прочим не грех приобщиться к высоким материям Deluge Grander. Словом, рекомендую.

16 нояб. 2010 г.

Rebekka "Phoenix" (1982)

В ряду представителей позднего арт-рокового звена немецкая команда Rebekka занимает одно из самых почетных мест. Костяк ее составили братья Хуберт Шнайдер (гитара, флейта, табла), Мартин Шнайдер-Велдерт (саксофон, электронный духовой инструмент вариафон) и супруга последнего, певица Марион Велдерт. Другими участниками ансамбля являлись органист Петер Лаубмайер, басист Йоахим Шейле и ударник Кристоф Б. Имлер. Приступая к сочинению материала для дебютной пластинки, Хуберт (р. 1952), как ведущий композитор Rebekka, исходил из собственных предпочтений. За плечами у него были годы учебы в Академии музыки города Аугсбург (отделение классической гитары), уроки игры на ситаре под руководством жившего в Мюнхене индийского гуру и обширный опыт исполнения кавер-версий песен именитых британских составов блюз-рокового лагеря. Таким образом, соединение симфонических мотивов с ориентальными элементами в общем русле мелодического прогрессива положило начало оригинальному творчеству Rebekka.
Вступительная тема "Swan Song" - подлинная ода эпохе романтизма. Изысканные пианиссимо консерваторского толка вкупе с возвышенным красивым вокалом Марион неизбежно вызывают ассоциации с грандами жанра - англичанами Renaissance. Однако дальнейшее развитие трека протекает по иным, присущим лишь данному коллективу канонам. Мини-оркестр Rebekka словно наводит незримый мост меж величавым благородством художественных традиций девятнадцатого столетия и электрическими тенденциями второй половины двадцатого века. Результат такого культурного диалога, как минимум, превосходен. Семиминутный инструментал "Lithphas", надежной опорой которого служат яркие гитарные пассажи герра Шнайдера, перекликается с опусами других героев дойчланд-сцены - Rousseau. Прочувствованные соло Хуберта в центральной части пьесы буквально завораживают живостью эмоций. Да и клавишно-вариафонный аккомпанемент его коллег вносит немалую порцию драматизма в повествование. Эталонная, словом, вещь. Одухотворенный лирический этюд "Odyssee" для англоманского уха звучит непривычно за счет немецкоязычного вокала, впрочем, к этому быстро привыкаешь. Тем более, что на очереди титульный симфо-роковый эпик, где каждый из членов формации не упускает возможности блеснуть мастерством и талантом. Акустическая баллада "Iris (Imaginary Regards of an Irish Sea)" - прелестный экскурс в заповедные области фольклора, дышащий свежестью и чистотой. Бессловесный финал "Floating Dawn" - произведение высшей пробы, по своим характеристикам приближающееся к лучшим образцам из наследия Camel. Ну, а двенадцатиминутный бонус "Lotos" - пример уникального синтеза взаимоисключающих, на первый взгляд, ингредиентов, эдакая комплексная прог-медитация на базе раги, саксофонных экзерсисов и сугубо европейского клавишного минимализма.
Констатирую: крайне живописный, насыщенный деталями и фактически лишенный недостатков релиз, воплощенный с безукоризненным вкусом и артистизмом. Необходимое прибавление в коллекцию каждого меломана.

13 нояб. 2010 г.

Al Stewart "Sparks of Ancient Light" (2008)

В свои шестьдесят три Эл Стюарт бодр, молод душой и полон креативной энергии. Доказательством тому - последняя на сегодняшний день студийная запись маэстро под названием "Sparks of Ancient Light". В определенном смысле этот альбом - возвращение к традиционным корням, к блаженным берегам юности с ее характерной радужной безмятежностью. Несмотря на тот факт, что весь процесс работы над диском протекал в Калифорнии (в Штаты Эл перебрался во второй половине семидесятых), результат получился очень английским по духу. Под крылом Стюарта собралась мощная команда профессионалов во главе с давним другом мастермайнда - гитаристом, продюсером и аранжировщиком Лоуренсом Джабером, экс-коллегой Пола МакКартни по совместной деятельности в рядах Wings. И эти замечательные люди сумели максимально адекватно реализовать музыкальные идеи шотландского барда.
Открывающий пластинку этюд "Lord Salisbury" исполнен старомодного очарования (не случайно речь в нем идет о лондонском политике поздневикторианской эпохи). Голос Стюарта ничуть не поблек за прошедшие сорок лет, его неповторимые интонации по-прежнему бесхитростны, задорны и превосходно соотносятся с манерой британского эстрадного арт-фолка а ля Stackridge. Здоровый консерватизм создателей программы подчеркивается наличием струнных партий от специально приглашенного камерного ансамбля The Section Quartet. Посему о недостатке инструментальных красок волноваться не стоит: композиционные конструкции Эла всегда отличались предельной выверенностью. Легкая игровая зарисовка "(A Child's View of) The Eisenhower Years" в чем-то перекликается со знаменитой песенкой "Lemon Tree" немцев Fool's Garden, пленяя бархатным саундом "Хаммонда" Джима Кокса и теплыми гитарными обертонами. Акустический поп-роковый номер "The Ear of the Night" напрямую отсылает нас к наиболее интересному периоду в карьере Стюарта, когда за спиной последнего маячила дородная фигура Алана Парсонса, приведшего скромного рыжеволосого паренька к заслуженному коммерческому успеху. Ноту драматизма в общее действо вносит печальная история "Shah of Shahs": тревожный отголосок иранских событий 1979 года тонет в изысканном скрипично-виолончельном кружеве. Впрочем, от невеселых размышлений Эл довольно быстро избавляется посредством почти плясового трека "Angry Bird". Изумительная пьеса "The Loneliest Place on the Map" - яркая демонстрация неиссякаемого композиторского дара нашего героя, пиковый эпизод насыщенной деталями панорамы. Мастерство Стюарта-рассказчика выходит на передний план в монологе "Sleepwalking", повествующем о мошеннике, втирающемся в доверие к богатым и знаменитым. Да и остальные пункты "Sparks of Ancient Light" не менее красноречиво свидетельствуют о бесконечно щедром таланте автора.
Резюмирую: в высшей степени превосходная коллекция по-настоящему вдохновенных произведений и одна из несомненных удач в творческой биографии артиста. Поклонникам комплексного полифонического фолк-рока - на заметку.

11 нояб. 2010 г.

High Tide "High Tide" [plus 4 bonus tracks] (1970)

В июле 1970 года порядком разогретые сногсшибательным дебютом "Sea Shanties" поклонники High Tide получили очередной подарок от любимой группы. Состоящий из трех полноразмерных позиций LP явил слушателю новое лицо квартета. От мрачного безумия первенца сохранилась разве что атмосфера. Вязкую психоделию потеснили обильные мотивы английского фолка, естественным манером растворенные в звуковой палитре High Tide. Остановимся подробнее на содержимом.
Интроспективная пьеса "Blankman Cries Again" - своего рода бенефис Саймона Хауза. Заводные пассажи электроскрипки не смолкают на протяжении 8-минутного действия. Ее инструментальная перекличка с гитарой Тони Хилла в центральной части этого залихватского номера - верх динамизма с тотальным зашкалом эмоций в придачу. Приплюсуем сюда мощнейшую ритм-секцию (Питер Павли - бас, Роджер Хэдден - ударные) и уместно интегрированные в ткань композиции бравурные фортепианные аккорды (ответственный - Хауз). В итоге получим совершенно убийственный, не имеющий аналогов эпик с весьма оригинальным саундом. "The Joke" открывается виртуозным необарочным гитарным наигрышем Хилла, перетекающим в интереснейший коллективный джем. Игровой темп варьируется от маршевых атак до замедленного прото-думового рисунка. Тяготеющие к импровизационности пролонгированные соло Тони выходят на передний план, вынуждая маэстро Саймона довольствоваться положением "на подхвате". Впрочем, у скрипача в данной ситуации особая роль. Именно его выразительная партия с ощутимым реверансом в сторону классики придает финальным эпизодам конструкции оттенок помпезности. Однако настоящим "гвоздем" программы служит тема № 3 - восхитительная "Saneonymous" (разбитый на несколько сегментов магнум-опус записывался музыкантами в три этапа). В ядреной вступительной фазе участники High Tide рвут с места в карьер: ровная ритмика ударных - надежное основание для абсолютно вычурного рок-построения, где остальная троица позволяет себе вволю порезвиться с диссонансами. Хлесткие риффы Хилла подобны шахтерским отбивам киркой, Саймон Хауз вдохновенно наяривает инвенции собственного сочинения, басист Павли с приличной скоростью перебирает пальцами по грифу... К 4-й минуте акта распахивается окно в элегический фолковый космос, но ненадолго, ибо общее высоковольтное напряжение требует повторной разрядки...
Праздник жизни под названием High Tide по определению не мог длиться вечно. Спустя некоторое время члены ансамбля разбрелись восвояси. Хауз направил свою кипучую энергию в русло The Third Ear Band, после пополнил ряды Hawkwind, а в 1978 г. подался к Дэвиду Боуи. Хилл, Павли и Хэдден до 1972 г. составляли костяк команды Rustic Hinge, затем каждый из них выбрал индивидуальный путь развития. Но в истории прогрессивного рока эти четверо парней все же останутся как High Tide - незаурядный конгломерат единомышленников, в числе прочих оказавший влияние на становление жанра.

9 нояб. 2010 г.

Nosound "Sol29" (2010 remastered edition)

На гипотетическом конкурсе музыкальных двойников Стивена Уилсона итальянский умелец Джанкарло Эрра, вероятно, вышел бы победителем. Что, в принципе, логично, ведь начинал он с трибьют-группы Red Shift, ориентированной на творчество Porcupine Tree. В 2002 г. этот матерый человечище покончил с перепевками и запустил в действие маховик собственного one man проекта Nosound. Поле будущей деятельности синьор Эрра обозначил для себя следующим образом: "совмещение традиций психоделии 1970-х, эмбиент-стилистики 80-х / 90-х, а также современных альтернативных течений, прог- и пост-рока". Персональными источниками вдохновения при этом выступали Pink Floyd, Брайан Ино, пресловутые Porcupine Tree + популярные властители молодежных дум, исландцы Sigur Rós.
Вышедший в 2005 г. полнометражный дебют Nosound "Sol29" всколыхнул прогрессивную общественность. Пропитанный меланхолией, сочетающий электронные тенденции с вязким рок-саундом материал навевает мысли о британских командах калибра No-Man; апеннинские корни создателя здесь совершенно неочевидны. Разреженная атмосфера альбома подчеркивает ирреальность витиеватых узоров памяти, зыбкость дремотной межсезонной натурфилософии. В мечтательно-отстраненных треках наподобие "In the White Air" или "Child's Game" преобладают клавишные, отставляющие конкретику на задний план. Бесплотность фактуры - тайный ключ к пониманию процессов, что разграничивают и соединяют сумрачное одиночество осени с белым кружевом декабря. Из неопсиходелических красок, типично уилсоновской вокальной интонации и клейких, мелодичных соло складывается панорама номера "Wearing Lies On Your Lips". В эпической инструментальной пьесе "The Moment She Knew" преклонение автора перед наследием ранних PT проступает во всей красе: аналоговые тембры наслаиваются на синтезаторные эффекты; накрапывающие струнные аккорды задают необходимую тональность; дисторшированный звук гитары грубо вклинивается в пространство, внося элемент приземленности в ажурную композиционную ткань. Акустические переборы, меллотроновые переливы, характерная манера пения в "Overloaded" - из той же серии. Впрочем, упрекнуть Джанкарло Эрра в пустом подражательстве сложно. Произведения итальянца несомненно скреплены печатью таланта, и даже "поркьюпайнообразие" выборочных опусов, как ни странно, идет им на пользу. Так или иначе, "Sol29" - прекрасный трамплин для грядущих достижений, что с блеском продемонстрировали последующие релизы разросшихся до размеров квинтета Nosound. Особенность почерка маэстро Эрра оценили и в английской звукозаписывающей конторе Kscope - оплоте пост-прогрессивного рок-звена. Результатом сотрудничества итальянского многостаночника с представителями лейбла стало переиздание бэк-каталога Nosound, включая и данный CD, дополненный тремя бонусами.
Рекомендую.

7 нояб. 2010 г.

Phil Manzanera "The Wasted Lands" (1999)

Уроженец Лондона Филипп Джеффри Таргетт-Адамс (р. 1951) вошел в историю рок-музыки под псевдонимом Фил Манзанера. Успеха и признания широкой публики вышеозначенный джентльмен добился на посту лидер-гитариста культовой британской формации Roxy Music. Однако то лишь одна надводная часть айсберга. Творческий актив Манзанеры содержит приличное количество весьма разноплановых по структуре пластинок.
Во второй половине восьмидесятых Фил (под впечатлением от достижений коллеги по цеху Брайна Ино) решил пуститься в любопытный эксперимент со звуковыми формами. С этой целью он привлек к сотрудничеству клавишника Пола Уильямса и басиста/перкуссиониста Энди Гроссарта. Объединившись в инструментальное трио Nowomova, компания профессионалов записала в 1988 году 74-минутный саундтрек к воображаемому фильму, получивший название "The Wasted Lands". По ряду причин издание лонгплея было отложено в долгий ящик. И лишь на излете девяностых работа наконец-то увидела свет, но уже под собственным именем Манзанеры.
Восемь развернутых композиций программы демонстрируют слушателю своеобразие авторской саунд-реальности Nowomova. Комплексная география "The Wasted Lands" обширна: здесь имеются футуристический вояж по Манхэттену и экскурсия в Музей воспоминаний, соседствующие с панорамным обзором утерянного рая, погружением в глубины Атлантики и гипотетическим обретением Ноева ковчега. Если же говорить о стилистике, то на ум приходит словосочетание "арт-эмбиент". Фил и К° продвигаются к намеченной цели индивидуальным и по большому счету заковыристым маршрутом. Вступительная синти-поп-ритмика в триптихе "Urbania" перетекает в безумно приятственный камерный нью-эйдж с тончайшим налетом джаз-рока. Многофазовая сюита "The Age of Leisure" также не грешит однобокостью: журчащий синтезаторный этно-фьюжн + игровой арт-рок, овеянный сугубо восьмидесятническим электро-колоритом. Сдержанной красотой переливается рефлективная двухчастная пьеса "Aracadia": хрупкое очарование хрустальных пассажей Уильямса замечательно оттеняется партиями midi-гитары маэстро Манзанеры. В "Paradise Lost" славный конгломерат исполнителей абстрагируется от мелодической конкретики, делая ставку на атмосферу; итогом вдохновенных штудий становится любопытный дрим-этюд без каких бы то ни было пространственно-временных привязок. Наилегчайшим симфоническим великолепием отмечена первая половина номера "A Desert Road", тогда как в оставшейся хронометрической плоскости центром внимания служит псевдо-восточная энигматика. "The Atlantis Syndrome" - томный объемно-полифонический лаунж, обладающий определенным терапевтическим эффектом. Безусловным порождением коммерческого века мнится нарочито лишенный глубины опус "The Whole Earth TV", противовесом коему выступает финальный фьюжн-эмбиент "Noah's Ark", призывающий заглянуть в одну из сокровеннейших тайн прошлого...
Резюмирую: в целом привлекательный и по-своему прогрессивный релиз, апеллирующий не столько к разуму, сколько к воображению. Наслаждайтесь.

4 нояб. 2010 г.

Deluge Grander "August in the Urals" (2006)

Эпос + пафос + мастерство - главные слагаемые творчества прекрасной формации из американского Балтимора. Используя в арсенале "винтажные" инструменты, Deluge Grander (образовались на обломках ансамбля Cerebus Effect) не задаются целью реанимировать пласт семидесятнических настроений. У этой команды особый путь и собственный, порой весьма оригинальный взгляд на искусство композиции. По признанию "верховного жреца" проекта, органиста/вокалиста Дэна Бриттона, ему всегда импонировали изысканный мелодизм классических Genesis и апокалиптическая торжественность Magma. Вот и выходит, что Deluge Grander - своего рода точка совмещения крайностей в контексте гиперкомплексного авторского материала.
Мощный, сверхуверенный дебют DG "August in the Urals" свидетельствует о высочайшем профессионализме его создателей. Открывается программа сюитой "Inaugural Bash". Массивный, состоящий из семи секций номер по степени грациозности напоминает вальсирующего бронтозавра. Сочинившие его Бриттон и гитарист Дэйв Берггрен умудрились соединить в свободно трансформируемых рамках живописно-монументального полотна обильный симфонизм (щедрые меллотроновые фоны, скоростные пианиссимо, эпизодические партии духовых), джаз-роковые вкрапления и элементы шутовского карнавала (редкие речитативно-вокальные моменты варьируются от "мультяшных" скороговорок до выразительного артистического полушепота). Музыка мечется между светлыми, косвенно отсылающими к опытам The Enid материями и торжественно-темными полифоническими раскатами. Постепенное нагнетание атмосферы закономерно приводит к кульминационному взрыву, однако без последующего катарсиса. Титульная 16-минутная пьеса (как бы ни открещивался Бриттон от ярлыка "ретро-прог") - опосредованный экскурс в историю жанра: тут и общее выстраивание структуры канвы а ля Yes, и клавишные приемы, опирающиеся на находки Тони Бэнкса. Что, в принципе, нисколько не умаляет заслуг мастермайнда, расписавшего опус на пару с басистом Бреттом д'Аноном. Необычна эмбиент-джазовая направленность пролонгированной фрески "Abandoned Mansion Afternoon" (изначально задумывалась как фантазия на тему "альянс Херби Хэнкока с Клаусом Шульце"), дополненной мистериальными певческими вставками. В подвижном игровом этюде "A Squirrel" наши герои идут еще дальше, лихим манером скрещивая высокопарные барочные каноны с разгульным фьюжн-фанком; в итоге имеем странную, но чертовски привлекательную, отмеченную искрами таланта комбинацию. Примечателен и финальный акт лонгплея - "The Solitude of Miranda": здесь маэстро Дэн, вдобавок к своим базовым навыкам, демонстрирует виртуозное владение акустической гитарой (к слову, приобретена им в российском Санкт-Петербурге за 90 долларов). Сама же конструкция - невероятный замес из крутейшего прог-рока и средиземноморских этно-фолковых мотивов. Блестящее отточие на редкость захватывающего альбома, который я искренне рекомендую любителям насыщенных нюансами прогрессивных проекций.

1 нояб. 2010 г.

Anti-Depressive Delivery "Chain of Foods" (2008)

Своим дебютным лонгплеем "Feel. Melt. Release. Escape" (2004) эти норвежские ребята огорошили многих. Бескомпромиссный эксперимент по сочетанию заведомо несочетаемого (а именно - экстремальных металлических риффов с саундом классического арт-рока семидесятых), как ни странно, завершился удачей. Международные рецензенты на все лады нахваливали скандинавских оригиналов; распробовавшие необыкновенно стильное ассорти меломаны уже томились в предвкушении новой работы схожего плана. Однако участники Anti-Depressive Delivery благоразумно отказались потакать восторгам аудитории. Вместо повторения однажды пройденного четверка разудалых молодцов в пылу творческого азарта сочинила и записала диск "Chain of Foods" - альбом принципиально иного склада, после которого стало ясно: мировая сборная консерваторов от рок-музыки пополнилась совершенно замечательной мобильной единицей. Детские игрушки а ля хэви-металл остались в прошлом. Без сожаления порвав с тяжелым наследием северной сцены девяностых, AD взялись за реанимацию старомодного прогрессив-харда крепкой британской закваски. Говорить о революционности подобного шага было бы нелепо. Все-таки в означенной нише успели прочно обосноваться сугубо "олдскульные" команды - Black Bonzo, Standarte, Wicked Minds, The Divine Baze Orchestra и т.п. Впрочем, наши "антидепрессивные" друзья и здесь нашли способ удивить привередливых любителей ретро. Но давайте-ка по порядку.
Девять пьес "Chain of Foods" - это прежде всего ярчайшая мозаика настроений, недюжинный исполнительский профессионализм и завораживающий полет мысли. Интроспективный номер "Starchaser" с его "Хаммондом", мугом, теплыми гитарными тембрами, вокальным многоголосием и напористой прогрессивной ритмикой наверняка порадует как почитателей Uriah Heep, так и поклонников Rush. В "Desert Machine" певец/басист Пит Бек выкидывает характерные гиллановские "коленца"; аккомпанемент соответствующий, правда, с солидным заездом в "артовость". Большей частью инструментальная "Accordion Woman" напоминает слушателю о безоблачных днях прото-прога, зато последующая энергичная "Terminal" схематично отсылает по двум адресам одновременно - к Led Zeppelin и Whitesnake. Семиминутная "Blood Is Blood" - едва ли не лучшая композиция программы: шикарные скоростные фьюжн-вензеля органа, потрясающая ритм-секция, драйвовая гитара... чистой воды удовольствие для закоренелого традиционалиста. Короткая "We Will Crimson You" стопроцентно оправдывает название: это действительно зубодробительное смешение помпезности Queen с мрачным монументализмом детища Роберта Фриппа. Безумно хороши и оставшиеся позиции: вычурно-ломаная "U", балладный этюд "Undead" с драматическими партиями меллотрона и обильно-уместной акустикой, плюс несколько агрессивный финал "Nothing New", знаменующий собою триумф ортодоксального хард-рока...
Резюмирую: по-настоящему вдохновенный и увлекательный звуковой коктейль, приготовленный безмерно одаренными людьми. Пропускать не советую.

30 окт. 2010 г.

The Opium Cartel "Night Blooms" (2009)

Когда норвежский прог-бэнд White Willow приказал долго жить, тысячи фэнов по всему миру погрузились в скорбь. Что ни говори, а тот состав здорово выделялся на фоне прочих коллег по цеху. Однако, распуская группу, мастермайнд WW Якоб-Хольм Лупо уже просчитывал в голове предпочтительные варианты на ближайшее будущее. И в итоге выбрал идею проекта The Opium Cartel. Благодаря неистощимой энергии Якоба дело обернулось масштабной акцией, объединившей под своими знаменами нескольких известных артистов из Норвегии, Швеции, Великобритании и США. Наряду с маэстро Лупо (гитары, бас, синтезатор, меллотрон, бэк-вокал) над инструментальной основой колдовали винтажно-клавишный чародей Ларс Фредрик Фрёйзли (White Willow, Wobbler, In Lingua Mortua), девушка-басист Эллен Андреа Ванг, не желающий расставаться с меллотроном знатный ударник Маттиас Ольссон (Änglagård) + обойма камерных исполнителей: Сигрун Инг (виолончель), Кетиль Эйнарсен (флейта) и Эрик Йоханнесен (тромбон). В материале главарь картеля Якоб шел, что называется, от противного: если White Willow в их пиковый период исповедовали шикарный комплексный симфо-прог с меланхоличными обертонами нордического фольклора, то звуковые ряды The Opium Cartel в большей степени произрастают из печально-туманной атмосферы предутренних северных ландшафтов.
Игровая мозаика "Night Blooms" построена на разумном сочетании различных компонентов, как то: размеренная гитарная акустика, психоделические электронные подкладки, деликатное аналоговое обрамление... Но индивидуальный тон каждому из треков задают приглашенные вокалисты. Так, Рис Марш, соотечественник Лупо и лидер формации Rhys Marsh and The Autumn Ghost солирует в традиционно-пасторальном этюде "Heavenman", модерновом номере "Better Days Ahead" и в весьма экстравагантной пьесе "Beach House", невероятным манером примиряющей трогательную элегическую мелодику с агрессивными шестиструнными пассажами (за вспомогательные партии гитары тут отвечает Йоханнес Сэбьё, успевший "засветиться" и в программах White Willow). Приторная песенка "Skinnydip" являет нам вокальный дуэт Сильвии Скьеллестад и английского музыканта Стивена Бенетта (Henry Fool, No-Man): в целом, незатейливый лирический поп-рок без претензий на глубокомыслие. На порядок интереснее выглядит другая смешанная пара - американка Рэйчел Хэйден и британец Тим Боунесс (No-Man), озвучившие симфониетту "By This River" - своеобразную лаунж-фантазию в академическом ключе. "Three Sleepers" (поет мадемуазель Скьеллестад) и вовсе представляет собой мегамикс из элементов вышеозначенных жанров, сдобренный сэмплерной щепоткой трип-хопа. Ретро-настроением пронизана пасторальная зарисовка "Flicker Girl", центром "силы" в ней выступает небесной чистоты голос Рэйчел Хэйден, интонационно напоминающий не то Мэгги Рэйли, не то Хизер Финдлэй (Mostly Autumn). Ну, а симпатичный финал "The Last Rose of Summer" подводит логическую черту под недурственным музыкальным актом, который и предлагается вашему вниманию.

28 окт. 2010 г.

Al Stewart "The Essential" (2003)

"Эл Стюарт. Человек, которому везло". Идеальное название для автобиографии. Однако в разрезе творческой карьеры артиста подобное расположение Фортуны воспринимается хоть и щедрым, но все-таки бонусом к очевидным достоинствам нашего героя - подлинному таланту и редкостной целеустремленности.
В 1965 г. двадцатилетний шотландский юноша Стюарт прибыл в Лондон. Вероятно, он рисковал повторить судьбу сотен тысяч соотечественников, тщетно ищущих счастья в столице британской империи. Вмешался фактор удачи. Уроки гитары под руководством будущего Червонного Короля Роберта Фриппа. Дебютный сингл "The Elf", отмеченный присутствием покуда не обремененного славой Джимми Пейджа. А уже в 1967 г., подписав контракт с лейблом CBS Records, Эл выпускает первую свою пластинку "Bedsitter Images" - трогательные песни в манере акустического фолк-рока, приукрашенные оркестровыми аранжировками. Благодаря последующей тройке лонгплеев имя Стюарта становится известным на родине. Но амбициозному молодому человеку хочется большего. Ведь на дворе - середина семидесятых, в зените арт-роковая революция, необходимость перемены курса напрашивается сама собой... Тогда-то и происходит судьбоносная встреча с Аланом Парсонсом. Под его продюсерской опекой и при поддержке профессионального исполнительского состава Эл создает альбом "Year of the Cat" (1976), заглавная вещь с которого волшебным образом превращается в долгоиграющий хит по обе стороны Атлантики. Взаимовыгодное сотрудничество с Парсонсом продолжается до начала восьмидесятых. Далее каждый из них будет двигаться собственным маршрутом. Яркий путь, проложенный в музыке Аланом, хорошо знаком большинству меломанов. Что до Стюарта, то он относительно благополучно минует кризисную для классического рока десятилетку, и уже в девяностые возобновит активную студийно-концертную деятельность, попутно совершенствуясь в процессе поиска новых звуковых решений...
"The Essential" - отличный повод для знакомства с богатым наследием замечательного мелодиста Эла. Подборка из семнадцати треков объемлет солидный хронологический пласт глубиной в четверть века. Слушателю предоставляется возможность оценить ранние мотивные фолк-рок опыты Стюарта (композиция "Electric Los Angeles Sunset", 1970), прочувствовать "вкусный" драйв и прелестную "деревенскую" пасторальность таких номеров, как "Night Train To Munich" и "Life Between The Wars" (оба - 1995 года), ну и, конечно, окунуться в очаровательные семидесятнические поп-артовые воды (благо, подавляющий массив заявленных в буклете пьес принадлежит к когорте нетленных "коронок" Эла во главе с вечно-зеленым шедевром "Year of the Cat").
Резюмирую: превосходное собрание сочинений нестареющего душой сладкоголосого менестреля. Рекомендуется в качестве приятно-полезного отдохновения от безумных проговых выкрутасов.